Росток на руинах. Надежда. Часть вторая

Настроение перед боем задаёт группе координатор, а Халлар держался ровно и сосредоточенно. Только иногда повышенный тон выдавал его напряжение.

– Синий наконечник – противоядие от парника, – объяснял он, раздавая шприцы. – Помните про три часа, потом противоядие уже не поможет. Красный наконечник – антишоковое.

Я не позволю. Пусть он могуществом хоть с богом равняется, я не позволю ему отобрать у меня Риссу. 

– Дайте и мне гранаты, – расстроилась Лиенна. – Пойду с Дарайном.

Халлар отказал категорически:

– Это решено.

Мы с тобой будем резать дверь.

Старейшина ещё в Гриарде дал понять, что сомневается в нашей способности защитить Лиенну в случае беды. Своё сокровище он никому не мог доверить, только себе.

У меня преимущество. Я опытнее него. Знаю о жизни намного больше, чем он узнал из своей клетки с трена-жорами. И на шее Риссы уже стоит моя метка. Утрись, поделка. 

Лиенна не сдавалась:

– Я могу с Таром на крышу…

– Я сказал нет, Мио! – рявкнул Халлар. – Хватит споров, иди за руль!

Мы притворились, что не поняли оговорки.

Тар – тот просто не понял, без притворства, он был занят завязываньем банданы. Сама Лиенна и ухом не повела. Неужели Халлар забылся так не в первый раз? Всякое могло быть между ними за закрытой дверью бокса. Возможно, Керис не так уж ошибалась про суррогаты…

Надев плоскую шляпу, Лиенна промаршировала к фургону, раскрыла дверцы кузова, фырча от обиды. Таких раздолбайских униформ, как в «Коммуне ландшафтных дизайнеров», у неё ещё не было.

Рубаха эта серая, штаны на подтяжках – дурачок деревенский, ну или бродячий артист. Чем более придурковато она выглядит, тем меньше вызовет подозрений. Туго перемотанные тканью груди Лиенны совершенно не выделялись. Бета как бета.

Я поправил наушник; микрофон занял своё место на груди. Кроме гранат, из оружия взял опровскую «бесшумку». Таким трофеем можно гордиться: лёгкая, надёжная, сама в руку ложится. Ещё со времён Ласау осталось с десяток полных магазинов к ней.

Пошарив по карманам сброшенных вещей – не забыл ли чего – я вытащил за жёлтые волосы однорукого куклёныша, которого дала мне Вайлин.

Папка, ты только не мри

Постараюсь, родная.

Игрушечный я уставился крашеными в лазурь глазами; чувство вины вгрызлось в сердце. Где-то на прорве квадратных километров от Гарала до Приморья четыре трейлера, возможно, уже достигли того места, где мои дети смогут расти в безопасности. Если же нет, они уже нашли покой.