Легенды Этриуса: Стойкость Александра

– Бабочка-то в чем виновата перед тобой? Дурак, – заявила девочка и неспешно пошла вглубь своего огорода, сомневаясь, что мальчика следует оставлять в одиночестве, но своим гневным поступком он вызвал в ней отвращение к себе.

– Все верно, надо подождать, пока я успокоюсь, – окрикнул ее Александр, но даже если Маришка расслышала сказанное им, то маловероятно, что она оценила его странный эгоистичный юмор по достоинству.

Возможно, более адекватным решением в данный момент для него было бы просто попросить подругу обнять его и это действительно принесло бы желанные результаты, нежели свершение такого поистине безумного поступка, как съедание живой бабочки.

После чего не каждый увидевший подобное догадается, что, возможно, таким своеобразным способом, призывает обратить внимание или сигнализирует тот, кто нуждается в заботе и внимании.

Глава 10. Омерзение и очарование

В лечебнице тянулись долгие дни. Александр скучал по Яне и мысленно готовился к дальнейшей жизни за пределами этого угнетающего забора, в периметре которого он должен был разобраться в своих внутренних проблемах и научиться контролировать себя, не смотря на всяческие попытки мерзкого Червя выбить юношу из состояния равновесия.

Больше падать лицом в грязь Александр не желал. Ему не терпелось доказать всему Этриусу, что он действительно талантливый и умный ларг, что он понимал всегда, просто нуждался в большей поддержке и любви со стороны окружающих.

Внезапно появившаяся в его жизни Яна дала ему все то, чего ему так не хватало ранее. Теперь ее любовь окрылила не верившего в себя поэта и художника, воспарила духом и вдохнула силы для новых свершений. Этой очаровательной девушке удалось сделать то, что не под силу было бы никому другому. Она его судьба, и юноша проникся к ней искренней любовью, не сомневаясь в том, что она испытывает к нему точно такие же чувства. Александр и Яна созданы друг для друга и в этом нет сомнения.

В свободное от лечебных процедур время влюбленный юноша занимался творчеством настолько, насколько это являлось возможным, ведь мерзкий Червь не давал ему покоя не только ночью, но и днем. Александр попросил разрешение у своего лечащего врача позволить ему писать картины на улице, на что получил решительное согласие. Пациенту сделали деревянный мольберт, дали в пользование несколько стареньких кистей и масляные краски.