Смерть танцует танго

За последние годы сильно ослабело зрение. И днём-то уже плохо видела, а ночью разве что наощупь. «Старая стала», – именно так размышляла Фатима по этому поводу. Вчера опять по селу носились танки. Раздолбленная гусеницами дорога, прихваченная морозом, превратилась в валуны. С трудом перейдя через них, она, наконец, добралась до места и, отдышавшись, постучала ключом по металлическому забору.

– Кто там? – настороженно прозвучал за глухим забором женский голос.

– Доченька, это я, Фатима апа.

Дверь, тихо щёлкнув засовом, наполовину отворилась, и в проёме показалось лицо улыбающейся Бархат.

– Слава Аллаху, всё хорошо, – радостно шепнула девушка. – Вы пришли не зря.

На веранде при свете керосиновой лампы Фатима увидела незнакомых мужчин-горцев, одетых в форму, которую обычно носят военные. У каждого на коленях лежал автомат. Они встали и вежливо поздоровались.

– Заходите, пожалуйста, там вас ждут, – сказал один из них и открыл дверь, ведущую непосредственно в дом.

В комнате Фатима увидела Зейнул Оглы и Георгия.

Они о чём-то тихо беседовали. Георгий сильно изменился. Красивый двадцатипятилетний юноша, каким его помнила до войны Фатима, сейчас выглядел намного старше. Но, тем не менее, она его узнала. Заметив вошедшую в дом Фатиму, Георгий, подойдя к ней, нежно обнял её.

– Ас-саляму алейкум, уважаемая Фатима апа.

– Ва-алейкум салям, Георгий, – поприветствовала она его и, не удержавшись, обняла парня.

– Я очень рад, что вы пришли к нам, – сказал Георгий. – Присаживайтесь, не стойте на ногах.

Дождавшись, когда она удобно расположится на кошме, Георгий стал расспрашивать её обо всём.

– Как ваше здоровье, Фатима апа? – заботливо поинтересовался он.

– Ой, сынок, какое там здоровье, – немного с грустью ответила Фатима. – Выходишь на улицу, того и гляди развалишься.

Григорий улыбнулся:

– Если вы так шутите, значит, слава Аллаху, не всё так плохо. Отец жалуется, говорит, что редко заглядываете к нам в гости. Он вас очень уважает.

– Спасибо тебе, сыночек, за добрые слова, – поблагодарила Фатима.

 – Но отходила, видно, я уже своё по гостям. Вот-вот Аллах к себе приберёт.

– Ну что вы, Фатима апа, – стараясь утешить гостью, сказал Георгий. – Пока Вахид не привезёт к вам на горячем коне молодую невестку, даже и думать об этом забудьте.

Та неожиданно заплакала. Аксакал посмотрел с упрёком на Георгия, затем, положив руку на плечо Фатимы, сказал:

– Не плачь, соседка, и послушай, что тебе скажет мой сын.