Сквозь время и миры

Горы посуды на кухне наконец оказались вымыты, в доме мало-помалу стало чище, я навел порядок среди вещей, разложил все по стеллажам и полкам, полы на скорую руку вымыл, а некоторые, особо пыльные места усердно протер.

Красота!

Когда настало двадцать третье апреля, я снова проснулся в восемь утра. Полностью бодрый, энергичный и готовый к абсолютно всему. Обычно в день Нового Лондона представления устраивают по всему городу, то тут, то там идут разные мероприятия и объявляется выходной для практически всех жителей.

Ну, кроме миротворцев, разных военных, охранных, лечебных и спасательных структур. Хорошо позавтракав, я позвонил Джеку, чтобы он заехал со мной, а затем накинув пальто, вышел из дома. Вышел, но предварительно натянув в прихожей незаметную не вооруженным глазом леску. Если некто вновь проникнет в мое жилище, он обязательно заденет ее еще при входе и я об этом точно узнаю.

– Круто выглядишь – когда я сел в машину, с легкой усмешкой оценил мой видок Джек – Ахах, прям помолодел.

– Сам себя в зеркале не узнал – не разделяя настроения паренька, выдал я в ответ – Давай трогай, нужно ехать.

– Двинем на Вистерское Авеню? – спросил Джек с заметной искоркой в глазах – Там через двадцать минут парад должен начаться и…

– Нет, мы едем на Трафальгарскую площадь – отрезал я – Сразу. Сегодня Аманда должна быть там, но в какое именно время она появится я не знаю.

Так что лучше всего будет быть там с утра.

– Резонно – не мог не согласиться Джек – Сразу в центр, акей. Ну, там тоже будет немало представлений – будто бы утешая самого себя, пробурчал он – Будет на что посмотреть. Не парад конечно, но да ладно…

В обычный день мы бы добрались до самой главной площади Нового Лондона где-то часа за два, но сегодня потратили целых три или даже три с половиной. А все из-за огромных волн снующих туда-сюда людей, нескончаемого потока машин и обожаемых Джеком парадов, которые развернулись прямо на проезжей части и мешали проехать.

Ну прекрасно…

Зато Джек вдоволь насмотрелся на солдат в форме и "Стражей," что также целыми рядами шли с военными и миротворцами. Когда же, наконец, можно было продолжать более-менее активное движение, взгляд мой оказался прикован к дирижаблю, парящему пугающе низко над городом.