Война ларгов: Клинок и магия Луны

Он как никто другой вселял веру в победу и доказывал это на деле, при необходимости уничтожая врагов и голыми руками. Люди уважали его и восхищались его отвагой.

– Джон, ты так нас раскормишь этими кабанами, – смеялись поселенцы, встречая капитана из леса. Он нес на плече тушу кабана, – Они пред тобой уже замертво падают или у тебя есть какая-то договоренность с ними?

– Падают замертво, – ответил Рид, сваливая на весы тяжелую ношу, – Только Брема я не дотащил. Устал. Он там, на опушке, сходите за ним, пока шныги его не растащили.

Несколько охотников поспешно убежали за погибшим поселенцем. Джон вздохнул полной грудью и потянулся, расправляя усталые плечи. Он обладал высоким ростом и крепкой мускулатурой. Несколько выдающихся шрамов украшали тело, закаленное в боях. На груди красовалась черно-белая татуировка с обозначением группы крови и принадлежности к какому-то виду войск. На гладковыбритом лице капитана скользила довольная улыбка, ведь он снова оказался героем, но то и дело исчезала.

Джон старался особо не задаваться и всячески осаждал себя от приступов заносчивости.

– Брем не успел выстрелить, и эта махина вспорола ему брюхо. Я чудом уцелел, так что на его месте мог бы быть я, – скромно пояснил он занимавшемуся с тушей кабана охотнику о том, что произошло полчаса назад в лесу. Тот пальцами крутил нож и деловито смотрел на электронное табло весов.

– Не преувеличивай. Ты и с копьем в руках расправился бы с кабаном, а Брем всегда лез на рожон.

Он был хороший охотник, но его хвастовство рано или поздно не довело бы до добра, – не поворачиваясь к капитану, хмуро заявил охотник и сплюнул на землю, – А во всем виноваты юбки. Если бы он не волочился за Марсией, то был бы на ногах. Летаете на крыльях любви, а не охотитесь. А вокруг эти орки чертовы.

К Джону Риду подошла прелестная девушка, и охотник был вынужден смолкнуть. Он отвел глаза и увлекся тушей кабана, стаскивая ее с весов.

– Не все же такие сухари, как ты, Илья, – произнесла девушка, нежно обняв Джона. Скорее всего, она слышала его высказывания, – Брем погиб, но он любил Марсию. Он жил и стремился быть лучшим для нее.

– Если бы любил, то дорожил и своей жизнью, Анна, – отозвался хмурый охотник, ловко сдирая шкуру с туши.

– Да перестаньте вы ругаться, – вмешался Джон, – У каждого своя правда и своя голова на плечах. Брем так жил, – рискуя.