Злой пёс. Плохой волк

Он помнил первую девушку. Бобриха. Звероед съел её почти наполовину, аккуратно отрезал куски ножом или другим острым предметом. Тем же ножом отдел лот тела её мощный хвост-лопату.

Девочку пришлось хоронить в закрытом гробу, потому что гримёр умывал лапы – даже самое красивое платье и макияж не скрыли бы того уродства, которое он с ней совершил.

Их единственной уликой, указывающей на причастность волков, были следы волчьей пасти на теле бобрихи. Позднее Шариков пришёл к выводу, что на первой жертве свои следы волчара оставил по неопытности.

Впрочем, клыки по базе не прошли. Оставалось надеяться, что Звероед загремит куда-то по пьяной драке или каким-то иным способом будет вынужден сдать слепки своих клыков в базу комиссариата.

Майор Когтин тогда сказал ему: Большая часть таких маньячин попадается по какому-то пустяку. Превысили скорость и показались подозрительными патрульному, который их остановил. Не уплатили штраф. Устроили пьяный дебош в баре.

Трупы продолжали находить (олениха, затем лошадь), но следов волчьей челюсти на плоти убитых девушек уже не было.

Сильный туман. Дождь. Впрочем, как и всегда в Зверске. Гавно, а не город, – в очередной раз подумал Шариков. И на кой чёрт звери, вообще, здесь поселились?

Вишнёвая девятка молодого лейтенанта ехала прочь от Зверска, в белую пустоту затуманенного пригорода

Еда всегда добавляла молодому лейтенанту сонливости, но кофе всё же сделал своё дело.

Прибыв на место преступления, он был сопровождён солдатами спецназа в пределы оцепленной зоны – к месту преступления.

Рыжая шерсть в чёрной грязи сразу бросилась Шарикову в глаза. Симпатичная самочка-лисица, ещё совсем юная.

Все они были такими. Юными и красивыми.

Красивая мордочка, нежное сочное мясо, гладкая шёрстка – молодость особенно ярко переливалась всеми цветами радуги в столь сером месте, как провинциальный городок Зверск.

Крупная колотая рана на шее; видимо, через неё и вытекла большая часть крови.

Короткое, некогда розовое платье разорвано в нескольких местах. У самки свернута челюсть. Тело её покрывали отверстия от клыков, которые заполняла дождевая вода. Десятки маленьких кровяных озёр располагались на её стройном полуобнажённом теле.