Война ларгов: Внук колдуна

Его лицо было сокрыто под капюшоном черного кожаного плаща, достающего полой до земли, но оставляющего открытыми спереди темно-бардовые штаны, утопающие в высоких затертых сапогах, местами покрытых дорожной пылью. Правая рука его уверенно легла на рукоять меча, висевшего в ножнах на поясе, и он статно двинулся вперед навстречу чужим неприятностям.

– Тебе-то какое дело? – раздосадовано обратился к нему гоблин, убирая под брезентовую робу компас и карту ученого.

– Я подданный Ларгиндии, а это мой хороший знакомый, – ответил ему незнакомец и подошел к трапу, загородив собой растерянных путешественников.

– Ну, тогда другое дело! С ними поплывешь? – с интригой уточнил матрос.

– Видимо, да, – колко отозвался защитник старика и юноши.

– Давай залог, – шагнул к нему гоблин.

– Жадно пот чужой впитав, полученный как бы безвозмездно, ты узнай его состав, пока еще не поздно, – усмехнулся таинственный незнакомец, – Ну-ка позови Пиранью, голова твоя баранья!

– Хорошо-хорошо.

Опять своей тарабарщиной заговорил, – хмуро пробурчал матрос и послушно направился в каюту капитана.

– Чужое добро вернуть не забудь, а то коротким будет путь, – не отпустил его незнакомец, и гоблин, гневно выругавшись, осторожно подошел к нему и отдал вещи ученого, после этого поспешил удалиться.

– Так-то лучше, – одобрительно сказал ему вслед защитник путешественников и вполоборота протянул компас и карту старику, стоявшему позади него.

Тот поблагодарил его и решил повременить с расспросами, хотя ему не терпелось убедиться в верности своих догадок кто же именно стоит перед ним.

– Кто тут еще меня беспокоит! – грозно выскочила из каюты молодая девушка. Она ни чем не отличалась от остальных гоблинов, разве только ее смело можно было назвать красивой. Пиранья была худощавой смуглой брюнеткой с выразительными глазками и аккуратным курносым носом, но ее характер и манеры определенно оставляли желать лучшего, – А это ты, острый язык! Чего тебе?

– Сладкий яд, отравляющий мое сердце, твой помощник теперь на меня сердится, – ответил ей незнакомец.

– Она женщина, – удивленно прошептал юноша, обратившись к ученому, на что тот согласно кивнул.

– Что он натворил на этот раз, прочищающий мои уши лучше ветра? – заинтригованно спросила тем временем незнакомца Пиранья.

– Крыса повадилась в амбар, но попала под удар, – пояснил незнакомец.