Потерянный Дом. Мы не одни

Шанхаю тоже сильно досталось, цунами накрыло Китай, когда эвакуация шла полным ходом. Я даже боюсь представить, что чувствовали люди, когда видели воду, закрывшую горизонт и уничтожающую всё, что они когда-то любили и знали.

Китай, никогда не предоставлял официальной информации о погибших в день катастрофы, но было ясно, что счёт шёл на миллионы. Некоторые СМИ озвучивали информацию якобы полученную из секретных источников, находившихся в самом Китае, что число погибших достигло тринадцати миллионов человек, вместе с погибшими на Тайване.

Число катастрофическое, но если учесть, что тогда население Китая было далеко за миллиард, и что сотни миллионов людей заселявших Тихоокеанское побережье невозможно эвакуировать за три часа, эти цифры были и не такими большими, как могло показаться.

Япония высокоразвитая страна восходящего Солнца с населением в 126 миллионов человек, страна, которая как никто в мире знала все ужасы большой волны.

Когда сработала сирена, Японцы как один большой организм бросились занимать все возвышенности и крыши зданий, но даже они не были готовы к тому, что приближалось к ним.

Ужасающая волна, достигавшая восьмидесяти метров в высоту, на огромной скорости вгрызлась в Японский архипелаг. С острова Окинава смыло почти все не высотные здания. Машины, люди, мусор и обломки построек перемешались в одну не понятную массу, сколько людей унесло в океан тогда с Окинавы, точно не знает никто. Японское правительство озвучивало приблизительные цифры в сто двадцать тысяч погибших.

На других островах архипелага ситуация была не лучше, волна ворвавшаяся в Токийский залив стерла с лица Земли всё, что возводились трудолюбивыми Японцами сотни лет.

В большом Токио жило 38 миллионов человек, сколько из них погибло тогда, я не знаю. С крупнейшего порта в Азии Йокогамы выбросило волной на окрестности огромные контейнеровозы. Седьмой флот ВМС США когда-то базирующейся в порту Йокосуке, был разбросан по Токио как большие игрушки.

Я никогда не забуду как огромный 155 метровый миноносец Лассен, лежит на боку как мертвый кит и, упёршись носом в какой-то небоскреб, начинает гореть.

В голосе человека ведущего репортаж с вертолёта, хоть он и говорил на Японском языке, был слышен ужас и отчаяние. Бегущая строка в низу экрана передавала о десятках, сотнях тысяч пострадавших, цифры постоянно обновлялись, обычная картина тех дней.