Безумие. Тени прошлого

Следующий день девушка провела в своей комнате, запершись изнутри, не реагируя на просьбы родителей открыть дверь и поговорить. А через сутки это была уже совершенно другая Диана. Из общительной жизнерадостной девчонки она превратилась в настоящего робота. Диана все делала на абсолютном автомате: ела, пила, одевалась, гуляла. Она не доставляла никаких хлопот окружающим. В доме присутствовала лишь тень прежней Дианы. Только однажды Марина услышала доносящийся из комнаты дочери шум и негромкие вскрики. Мать поспешила подняться на второй этаж и увидела, что девушка с остервенением режет ножом для бумаги свои картины, которые во множестве были развешены на стенах.

– Диана, что ты делаешь? – крикнула Марина. Но девушка даже не обернулась и с вскриком провела ножом по очередному холсту, на котором был изображен морской закат. Эта картина нравилась Бероевой-старшей больше всего. Она была написана совместно Дианой с отцом. Каждый внес в нее что-то свое, и картина получилась потрясающей. Марина с опаской приблизилась к дочери, желая забрать нож.

– Дианочка, дочка , отдай нож, – ласково попросила мать. – Ну, смотри, что ты наделала. Такие прелестные картины испортила.

Диана разжала руку, нож выпал, а дочка с каменным лицом прошла мимо матери и ушла в ванную комнату. В этот день Марина напилась вдрызг.

Это была единственная вспышка гнева после несчастного случая. Но самое большее, что пугало родителей, это молчание дочери. С того самого злополучного дня она не проронила ни слова.

– Моя дочь стала дибилкой? – грубо спросил Артем.

– Нет, не совсем так, – поморщился психиатр от столь резкого заявления. – Аутизм еще не до конца изучен, и природа его возникновения вызывает споры в среде психиатров. Но одно могу сказать точно. Ваша дочь была больна еще с детства.

– Что вы такое говорите, доктор? – возмутилась Марина. – Девочка всегда прекрасно развивалась, отлично училась в школе, у нее феноменальная память. А какие картины она пишет! Писала…

– В этом все и дело. Многие психиатры полагают, что аутизм возникает на генном уровне и у 5-10 процентов больных он не проявляется в детском возрасте, а как бы дремлет, ожидая подходящего момента. Спусковым крючком для его проявления послужило случившееся несчастье.