Безумие. Тени прошлого

Когда вы намерены пригласить своих друзей, чтобы я успела закупить необходимые продуты и все приготовить.

– Думаю, дня через три. Успеете?

– Вполне, – ответила Бережная, а про себя подумала: " Это, конечно, не мое дело, но у него недавно только жена погибла, а он вечеринки закатывает. Как-то это неправильно".

– Ладно, пойду, поздороваюсь с дочкой, а потом спать. После вкусного обеда, как говорится…

Ольга услышала, как Артем поднялся по лестнице и постучал в комнату Дианы.

– Дочь, это я.

В ответ тишина.

Артем повернул ручку и толкнул дверь. Заперто. Видимо, Диана закрылась изнутри. Бероев еще несколько секунд потоптался в коридоре и, развернувшись, пошел в свою спальню.

Ольга подумала, что Диана до сих пор обижается на своего отца.

Глава 6

Ольга с самого утра хлопотала на кухне возле плиты. Артем попросил чего-нибудь домашнего и без экзотики, поэтому на горячее будет солянка с копчеными свиными ребрышками, на второе – собственноручно слепленные пельмени с фаршем из говядины, свинины и баранины, а также холодец с хреном.

Еще парочка незатейливых салатов и потрясающие воздушные пирожки с картошкой.

– Если кто-нибудь из моих друзей попытается вас переманить к себе на работу, то ни в коем случае не соглашайтесь, – смеялся Артем, вдыхая аппетитные запахи, которые разносились по всему дому, – я добавлю вам зарплату, но только не уходите.

– Ну, если кто-то из них предложит мне больше, то я раздумывать не буду, – шуткой отвечала ему Ольга. – А может среди них есть неженатые симпатичные парни, то я с удовольствием бы познакомилась?

– Есть, но я думаю, что не стоит, – сказал Артем, на секунду представив чистую светлую Бережную рядом, например, с наркоманом Юрием Плехановым.

Вечером стали сходиться гости. Первым прибыл старый друг Артема еще по институту Глеб Артамонов. Он тоже был художником, но то ли Бог дал ему меньше таланта, чем Бероеву, то ли деньги принципиально обходили стороной Глеба, но его картины не продавались совсем. За всю свою творческую жизнь Артамонов продал всего одно свое полотно, да и то его купил приятель Артема.

Бероев, видя, как страдает Глеб от невозможности реализовать на практике свой талант, попросил знакомого бизнесмена приобрести его картину, чтобы парень совсем не пал духом. Естественно, об этом сам Артамонов не должен был знать. Но в творческой среде слухи и сплетни распространяются быстро, и кто-то все-таки доложил непризнанному художнику о такой "благотворительности" его друга.