Легенда о Мантикоре. Пропащая душа

Пока Аурика предавалась размышлениям на крыльце, дочери наводили последний лоск, а сыновья готовились показаться перед королём, в надежде попасть в его свиту, в маленькой светёлке на третьем этаже жилища наместника, бушевала буря.

– Ну как можно! – Гремела старая Метхильд, вытаскивая из длинных чёрных волос девушки сухой репей. Рядом помощницы держали перед Эурой большое потемневшее от времени зеркало.

– Я выгляжу, как кукла! – Капризничала девушка.

– Как прекрасная маленькая куколка, – проворковала с улыбкой нянька, полная и живая, словно ртуть, женщина.

 – Сейчас причешем, и будешь похожа на человека!

– Эура, ты готова? – Из-за двери высунулась очаровательная головка сестры. Длинные чёрные волосы её были уложены в две косы и спрятаны под жемчужную сетку, отчего головка казалась ещё милее и аккуратнее. – Матушка зовёт.

– Да, да, завет, – следом высунулась взъерошенная головка братца. Увидев Эуру, он показал девушке язык.

– Ну как брысь отсюда, мелюзга! – Рявкнула Эура.

Близнецы юркнули за дверь.

Метхильд неодобрительно покачала головой.

– Не успеваю ничего! – Ворчала Метхильд. – Промоталась всё утро, бездельница! Давно тебя отец не порол! Будь ты моей дочкой, я бы давно всыпала тебе по первое число.

– Я вообще хотела остаться в старой крепости. Ты же знаешь, я не люблю шумные праздники. – Фыркнула девушка, разминая затёкшую шею.

– Опять всю ночь с гоблинцами в кости играть?!

– Да нет, просто напиться. Матиас выменял в трактире шкуры на хорошее вино и пряности.

– Бесстыдница! – Проворчала нянька. – Мать бы свою поберегла! Аурика – святая женщина! Помяни мои слова, когда-нибудь её чаша терпения переполнится, и она всыплет тебе по первое число!

– Да брось ты. Нет ничего плохого в паре кубков глинтвейна. Можно ещё в картишки переброситься в трактире. Там сейчас людно. Сейчас там все, кто не поместился в Снерхольме, но очень желает видеть короля. Яблоку негде упасть.

– Велико умение: проматывать отцовское золото, – презрительно фыркнула нянька, сильнее натягивая прядь длинных жёстких волос.

Эура стиснула зубы, но промолчала. – За ночь просаживаешь больше, чем твои сестры за год тратят на платья и заколки! Лучше бы чем-нибудь путным занялась!

– Ты же знаешь, мать запретила отцу давать мне золото, так что играю на свои. Сейчас зима, и шкурки в цене. На прошлой неделе тролля из пещеры подняли, Матиас уже нашёл покупателей на шкуру. Платят столько, что денег хватит до весны.