Космический наемник

– Курьезная история, – слегка развеселившись, сказал Эдуард Эдуардович.

– Да, – согласился куратор. – Ее какие-то сорванцы случайно сняли на клик-камеру и продемонстрировали запись во Вселенской Паутине. Бабуля стала знаменитой в галактических масштабах.

– Ладно, отставим веселые истории, – опечалился опять директор. – Делать-то что будем?

Афанасий Никитич пожал плечами и ответил:

– Все мероприятия для розыска пропавшего "Гравиплана" и его похитителя проводятся. Участников конференции попросили некоторое время не покидать Землю, сторожевые корабли тщательно проверяют всех, кто покидает нашу планету.

Но с момента пропажи и до момента огласки этого прискорбного случая прошло более пятнадцати часов, и за это время с наших космодромов вылетели более сотни больших и малых космических лайнеров. Некоторые из них уже далеко за пределами нашей галактики. Остается надеяться только на чудо.

– Я не верю в чудеса, – зло сказал директор. – А Вы-то что молчите, любезный? – обратился он к Копернику.

 – Какие Ваши предложения?

– Искать, – испуганно прошептал тот.

– Вы серьезно? Какая светлая мысль! – затопал ногами Эдуард Эдуардович. – Где искать? Может быть здесь? – он открыл один из ящиков стола. – Или здесь? – открылся шкаф. – А, я знаю где! Обычно пропавшие вещи находятся здесь,– и он прошел к огромному аквариуму с экзотическими рыбками и опустил в него руку по локоть и принялся копаться в водорослях. – Вы представляете, и тут нет! А, черт!

Директор вдруг взмахнул рукой, и от мизинца отлипла маленькая голубая рыбка и упала прямо за шиворот Коперника.

Всеволод Егорович дико взвизгнул и вскочил с кресла.

– А-а, щекотно! – принялся он носиться по кабинету.

Куратор поймал его за руку и расстегнул ему рубашку, чтобы достать рыбку.

– Вот она! – торжественно продемонстрировал он беглянку на своей ладони. – Пошли обратно в аквариум. Ого, какие у нее присоски! – с трудом смахнув ее обратно в воду, сказал Афанасий Никитич.

– Все! – печально сказал директор.

 – Боюсь, что на ближайший час наше совещание придется отложить.

– Это почему? – удивился куратор.

– Сейчас поймете, – туманно ответил Эдуард Эдуардович.

Вдруг Коперник улыбнулся, затем смущенно издал смешок и разразился гомерическим хохотом. Афанасий Никитич испуганно посмотрел на него, перевел взгляд на директора, явно спрашивая, не сошел ли с ума главный конструктор от потрясения от пропажи "Гравиплана". И неожиданно сам зашелся в диком хохоте.