Долг ведьмы

 – Пусть только попробует! А ну давай… – Он метнулся к стоящему на полочке глиняному светильнику и шмякнул его перед Танькой, снова брызнув горячим жиром ей на джинсы. – Ищи Ирку! Как вы там это делаете…

– Ты думаешь… – нерешительно начала Танька, уже протягивая к светильнику руки.

– Для думанья у меня слишком мало информации! – отрезал Богдан.

– Лишь бы мозгов хватило, – привычно огрызнулась Танька, добывая из брошенной в углу сумки мелок.

Она медленно опустилась на колени рядом с вписанным в круг именем «Ирка Хортица».

Светильник лег в ладони, высвечивая пальцы розовым, крохотный огонек метался и мерцал, заставляя причудливые тени танцевать на стенах.

– У чистому поли золота груша… – поднося светильник чуть не к самым губам, тихо шепнула ему Танька. От ее дыхания пламя колыхнулось. – На золотий груше – золоте гнездечко…

Четко очерченная Танькина тень замерла на стене, и пляска света и тьмы закружилась вокруг нее, то ластясь, как кошка, то вздымаясь над головой, словно атакующая кобра на хвосте, обвиваясь вокруг плеч.

– У золотому гнездечку – змеица-царица…

Огонек светильника развернулся золотой лентой, едва не дотянувшись до циновки на входе. Танька вдруг почувствовала, как веки становятся тяжелыми-тяжелыми – и не откроешь. И не надо открывать, надо только ясно представить, кого ищешь: смугловатое Иркино лицо, копну черных волос, зеленые глазищи, иногда веселые, иногда такие яростные, что страшно попасть под их взгляд… Иногда печальные, вот как сейчас – уставшие, сами собой закрываются… Так хочется спать, ну да, целый день в дороге… Сейчас, надо только закончить…

– Спа-ать! – прошелестел издалека вкрадчивый женский голос.

 – Спать-спать!

Ага, обязательно. Прямо тут на полу, свернуться калачиком и заснуть. Вот только закончить все равно надо…

– Прошу тебя, змеица-царица… – язык ворочался с трудом. Образ Ирки под веками вдруг подернулся мутью, Танька почувствовала, как голова клонится на грудь.

– Спать! – уже с некоторым раздражением прошелестел женский голос – совсем как у вожатой в летнем лагере, когда болтаешь во время дневного сна.

Нет, ну кто в Танькином возрасте спит днем! И заклятие надо закончить, незаконченное заклятие – это, знаете ли…

– Собери гадов своих и спытай… – С трудом огонек соскользнул с плошки светильника и оранжевой змеей пополз по глиняному полу. – Где народженная и благословенная, именем нареченная… – окончательно засыпая, бормотала Танька.