Потомокъ. Фабрика мертвецов

Отец взял билеты второго класса![10 - Синим цветом обозначался вагон первого класса, желтым – второго, зеленым – третьего.]

Глава 5

Неприятнейшее путешествие в пренеприятнейшей компании

– Так и будем всю дорогу молчать? – устало спросил отец.

– Ну что вы, батюшка, – с предельной вежливостью ответствовал Митя. – Как можно. Об чем бы вам желалось поговорить?

– Как я буду справляться с губернскими властями, ежели с собственным сыном управиться не могу?

– Не беспокойтесь, батюшка, я вовсе не собираюсь вас компрометировать.

Обещаю быть покорнейшим из сыновей.

– О Боже, Боже… – Отец только вздохнул, бездумно глядя то ли на мелькающие за окном квадраты полей, то ли на собственное отражение в темном стекле.

Вскоре поля, и без того едва различимые, утонули в чернильном мраке, лишь изредка вспыхивая тусклыми, похожими на мерцание гнилушек в болоте огоньками деревень. Смотреть стало вовсе не на что. Навряд ли хоть кто-то подсядет на следующих станциях – тут, сдается, люди и вовсе не живут.

Митя бросил разложенный портплед поверх вытертых цветов обивки вагонного дивана.

– Надо же, ты снял сюртук! – саркастически протянул отец. – Я уж думал, он для тебя как вторая кожа.

– Вам стоило только приказать, батюшка, – все так же вежливо откликнулся Митя. – Быть может, вашему авторитету перед губернскими властями поспособствует, если я пробегусь голышом по вагону?

Отец молча отвернулся к окну.

Митя удовлетворенно прикрыл глаза: он так и знал, что никому не нужен – ни бабушке, ни дядюшке, ни тем более отцу. Того волнует лишь собственная карьера! Он один в провинциальной пустыне, оклеветанный и униженный светом, оставленный семьей, совсем как Манфред или Лара в сочинениях лорда Байрона:

Nor to slumber, nor to die,

Shall be in thy destiny;

Though thy death shall still seem near

To thy wish, but as a fear;

Lo! The spell now works around thee,

And the clank less chain hath bound thee;

O?er thy heart and brain together

Hath the word been pass ?d – now wither![11 - Ни забвенья, ни могилыНе найдет твой дух унылый;Заклинанье! – очарованИ беззвучной цепью скован,Без конца томись, страдайИ в страданьях – увядай!(Англ.

) Дж. Г. Байрон. «Манфред», перевод И. Бунина.]

Внутри разливалось жгучее чувство обиды, в своей мучительности даже… слегка приятное.