Поймать звезду

Тускло поблескивал золотом и самоцветами величественный трон. Связанные, как пучок хвороста, в углу прислонились копья, а в здоровенном картоном ящике насыпом лежали мечи – могучие двуручники, короткие римские гладиусы, изящные шпаги. Рядом со стопочкой зубчатых королевских корон, сложенные друг в друга, как пустые цветочные горшки, красовались рыцарские шлемы. Здоровенный, как ангар, зал был до отказа забит вычурной старинной мебелью, бронзовыми светильниками (при ближайшем рассмотрении оказавшимися деревянными), мраморными арками (опять же при ближайшем рассмотрении – из раскрашенного картона) и ажурными калитками из гнутой проволоки.

Груда покрытых серебряной краской доспехов из папье-маше громоздилась на ярко-красном сидении лаковой пролетки.

Мурка немедленно нацепила на себя средневековые рыцарские доспехи и увенчала их римским шлемом с роскошным султаном. Кисонька выбрала самый тоненький из королевских венцов и со скромным достоинством уселась на трон. Мурка щелкнула ее на телефон.

Изучив башню подробнее, на балкон решили не лезть – еще обвалится, а вот с мечами на фоне гор сфотографировались.

– Дальше пошли! – чуть не подпрыгивая от нетерпения потребовала Кисонька.

Лавируя между картонными сундуками, прикидывающимися, что они из железа, и натурально деревянными стульями кверху ножками, девчонки двинулись дальше, обогнули здоровенный, как дом, резной шкаф… Кисонька сдавленно застонала, прикрывая от восторга глаза:

– Скажи мне, что я не сплю!

– Да-а, – протянула Мурка, – Это место, конечно, для тебя!

На длинных, как в магазинах, стойках висели костюмы.

Шитое переливающимися камнями платье с широкой и круглой, как шатер, юбкой красовалось на манекене – матерчатая «шея»-обрубок торчала из отороченного золотыми кружевами декольте. На другом манекене вольготно раскинулась горностаевая королевская мантия. Тяжелыми бархатными складками до полу с отдельных вешалок спускались два богатых сарафана: один маленький, изящный, точно сшитый на девочку, а второй таких размеров, что его запросто могла надеть дальняя родственница тетя Альбина, которую муж ласково называл Бронтя – сокращенно от бронтозавр.

Вытянув руки, как сомнамбула, с фанатичным блеском в глазах Кисонька двинулась к вешалкам… И вдруг остановилась, разочарованно выпятив губу.

– Ты чего? – врезалась ей в спину Мурка, глянула сестре через плечо и тут же с интересом хмыкнула. Шагнула поближе…

Костюмы менялись.