Спасти дракона

Рыжие хвостики сами собой распустились, волосы встали дыбом, как щетка… напружинились и взвились в воздух, целясь своей убийце в лицо!

Ирка полоснула когтями крест-накрест! Мчащиеся к ней оранжевые нитки посеченным крошевом осыпались на пол. Лишь одна со змеиной ловкостью извернулась и ударилась Ирке об щеку. Будто электроразряд всадили! Ирка рванула скручивающуюся у самого ее лица нитку, отдирая ее вместе с собственной кожей. Стиснула нитку в когтях – из ощетинившегося мелкими, но острыми крючьями кончика нити брызнула черная кровь.

Нитка еще дернулась в Иркиных когтях и обвисла.

Перемазанная черной кровью, Ирка обернулась к орущим пацанам и усилием воли втянув клыки, рявкнула:

– А ну заткнитесь! В ушах звенит!

И пацаны заткнулись. Ирка брезгливо отшвырнула нитку:

– Криксы, да еще и нитки! Надо же, сколько дряни у вас водится, у нас они вымерли давно! – Она придавила еще подрагивающую нитку пяткой и перевела взгляд на родителей пацанят. Несмотря на царящий вокруг кровавый бедлам, те продолжали безмятежно спать – мужчина даже начал слегка похрапывать.

 – Значит, тут не одна крикса! – Ирка метнулась в сени, схватила стоящую в углу лопату, швырнула ее старшему пацаненку и отрывисто скомандовала:

– Добить!

Последнее, что она видела, выбегая из сеней – решительные физиономии пацанят и взлетающую лопату.

«Вот что значит детишки из пограничной деревни. Наши могли и не решиться!» – одобрительно подумала Ирка, выскакивая на крыльцо. Голубовато-сиреневый свет луны играл на стенах недостроенных хат, вкрадчиво заглядывал в печные трубы.

За плотно закрытыми ставнями Ирке послышалось шевеление…

– Ходыть сон по селу… – едва слышно прошелестел жалобный детский голосочек.

– Мама! Мама, что это? Мама-а-а-а! – пронзительный вопль донесся из соседней хаты. Ирку снесло с крыльца, в два прыжка она преодолела расстояние до соседей и ворвалась в сени. Горница была полна ниток! Словно обезумевший кот распушил все клубки своей хозяйки – красные, зеленые, коричневые, желтые, – и теперь, колыхаясь плавно, как морские водоросли, нитки плыли в воздухе, подбираясь к стоящей у печи колыбели.

Рука спящей женщины лежала на бортике – колыбель тряслась и раскачивалась, будто баба из пограничной деревни иного мира готовила своего ребенка в космонавты! А внутри отчаянно бился плотный нитяной кокон.

Ирка подскочила к колыбели. Взметнулись когти – и рассеченный кокон распался на две половинки, открывая покрытого следами мелких укусов двухлетнего малыша.