Выбор ведьмы

Зато в небесах, чуть пошевеливая крыльями, парили еще змеи! И серебряно-стальной, и светлый, почти прозрачный, и буйный гигант цвета пламени, от жара чешуи которого становилось больно глазам, и еще драконы помельче: оранжевый, и черно-красный, и еще один светлый… Над панцирем черепахи трепетали флаги – и выше всех вздымался один, с крылатой борзой на фоне чужого, далекого солнца! Под флагом замерли трое – девчонка с развевающейся на встречном ветру копной буйных черных волос, ее светловолосая подруга и довольно высокий парень.

При виде этой троицы царевна яростно квакнула и брызги жабьего яда прыснули во все стороны. Вожжи хлестнули по спинам железноголовых рыб, и колесница вырвалась вперед…

Серебряная змеица пересекла четкую границу света и тени, углубляясь в царящий под Змеевыми Пещерами сумрак. Черепаха ударила лапами – и стала медленно двигаться следом. Вот голова оказалась в тени, вот черепаха вплыла в тень на треть, вот до половины…

Железноголовые рыбы ярились и грызли упряжь, мча колесницу навстречу…

Последний удар лапами – и громадная черепаха погрузилась в сумрак целиком…

Колесница царевны-лягушки вихрем пронеслась мимо серебряной змеицы, так что ту качнуло на волнах, проскочила мимо змеицы черной и лихо развернулась бок о бок с черепашьим панцирем.

– Волей Владычицы Табити-Змееногой приветствую наднепрянскую ведьму на подступах к Пещерам! – звонко прокричала царевна-лягушка, с удовольствием наблюдая как жалкие человечки – особенно толстая белобрысая ведьма! – стряхивают воду с волос и подолов еще более жалких, чем они сами, сереньких платьишек… Гнус болотный, да ведь это форменные платья!

– Ах, простите, я перепутала! Я ищу посланницу человеческого мира, могущественную ведьму-хозяйку, а здесь… какие-то служанки! Что вы здесь делаете, милочки? И где наша высокая гостья? – царевна начала демонстративно оглядываться.

– Так это ж та самая гламурная жаба! – простодушно вскричал парень и царевна чуть не побурела от злости – она-то его сразу узнала! Это из-за него ее – ее, наследницу жабьего царя! – гоняли шваброй, как… какую-нибудь обыкновенную лягушку, запрыгнувшую в дачный домик! А она ведь ничего плохого не сделала, всего лишь взяла то, что ее по праву.