Выбор ведьмы

У входа в пещеру послышались шлепающие шаги, и внутрь влетела зеленокожая ящерица-сэв в простом домотканом сарафане:

– Скорее! Все уже собрались! Владычица в Тронную Пещеру отбыть изволили, Грэйл Глаурунг ругается – где там гости… Ой! – Она увидела Ирку с Танькой, гребень на ее голове поднялся дыбом, из зеленого став болезненно-желтым, и ящерка с визгом метнулась вон из пещеры.

– А ну стой! – нагнал ее рев змеицы. Ящерка опасливо выглянула из-за угла и зажмурилась, не решаясь глядеть на девчонок. – Точно все? – безнадежно спросила Пан Лун.

– Великого Айтвараса Жалтиса найти не могут. У вас тут нету? – подозрительно поинтересовалась ящерка, но заглянуть в пещеру не решилась.

Наверху, не зная, что ему делать – то ли уползать быстрее, то ли махнуть хвостом на волю Владычицы, свалиться сверху и ободрать с Ирки жуткое платье, – заметался змей.

– Очешуела вовсе? Тут девочки переодеваются! – возмутилась Пан Лун. – Хотя лучше бы не переодевались.

– Не волнуйтесь! Мы всем-всем довольны, – кренясь под тяжестью платья, прохрипела Танька, делая змею знак уползать.

– Делать нечего – идти надо, – повернулась к девчонкам змеица. – Великому Водному, может, опоздание еще простится, а вот нам…

Змей шустро потек к травяной пещере – видно, не был так уж уверен, что ему опоздание и впрямь простится. Обостренным слухом борзой Ирка услыхала из соседней пещеры тихий шепот:

– Не знаю, что задумала твоя девушка, но сейчас это выглядит хуже раздавленной на глубине рыбины!

– Главное, чтоб ничего серьезнее подставы со шмотками твоя мамаша не придумала, – мрачно буркнул Богдан.

– Куда уж серьезнее! – нервно хмыкнул Айт, и послышалось журчание воды – не иначе как вытек обратно сквозь отверстия в скальном потолке. «Душ… вертикальный, чтоб его помойным ведром вычерпали! Как он смел увидеть меня в таком виде!» – Ирка злобно покосилась на Таньку.

– Богда-ан, где ты там? – кокетливо пропела царевна-лягушка.

Мрачный Богдан выглянул из соседней пещеры… ниже, на уровне его колен высунулась морда кота.

– Ой, мамочки! И правда – куда уж… – Теперь он уже не считал себя самым несчастным человеком в двух мирах. По крайней мере, его безрукавка подчеркивала широкие плечи, а шорты-шарики оказались забавными, но не уродскими.