Эго хаоса. Покидая большой город

Здесь, как вы понимаете, учатся наши воины, наши защитники, вступающие в игру, когда мировой факультет уже бессилен, а к некромантскому еще рано обращаться. Шутка. Цвет – красный, символ – Китайский дракон.

Евпатий поклонился, обозначив тем самым конец своего выступления. Со всех сторон раздались аплодисменты. У меня вовремя заурчал желудок, что я за сегодня съела? Один пирожок? Смешно даже. Я ткнула локтем Ларису:

– Слышь, мать, а кормить здесь будут? Или самим наколдовать надо?

Ответила мне не Лара, а сидящая рядом с ней высокомерная блондинка в строгом деловом костюме:

– Сперва дослушай речь директора, а потом будет тебе еда.

 – процедила она, даже не глядя в мою сторону. Весь ее вид, от недовольных черных глаз, до, то и дело, вздрагивающих губ, говорил, что мы тут вокруг нее, принцессы, холопы собрались, и мешаем изысканной даме своими плебейскими рожами.

И что же меня сегодня все так бесят? Лару передернуло и мне немного полегчало, не меня одну раздражала эта манерная дамочка.

Вместо директора слово взял Илья. Он также слегка поклонился публике, что-то прошептал и его бархатный бас эхом донесся до наших ушей:

– Я красиво говорить не умею, – начал он с места в карьер, – поэтому начну и закончу быстро. Итак, декан мирового факультета Зара Юрьевна.

В зал твёрдой походкой вошла женщина лет тридцати, больше походившая на порнозвезду, чем на преподавателя: Каштановые волосы мягко струились по ее шикарному бюсту, спускаясь до самой талии.

Юбочка в облипку с интригующим разрезом на бедре, яркий макияж и очки в пластиковой оправе буквально орали о ее сексуальности. Мужская половина встретила Зару Юрьевну громко и одобрительно. Илья подал ей руку и сопроводил к столу, вызвав очередной шквал улюлюканья, а я решила уточнить из первых уст вопрос повисший в воздухе:

– Лар, а они встречаются?

Лариса посмотрела на меня, как на дурочку, заулыбалась, так как внимание всего столика было приковано сейчас к ней и, выдержав мхатовскую паузу, ответила:

– Не, не думаю.

В разговор вновь встряла люто бесившая меня блондиночка-аристократка:

– Они не вместе, пока. А вам, на будущее, хотелось бы напомнить, что следить за чужой жизнью – дурной тон. – поучительно разглагольствовала она, поглаживая свое идеальное блондинистое каре.

Сука, костюмчик отутюженный, причесочка волосок к волоску. Еще бы рот не открывала, было бы все прекрасно.