Незапертые двери

Он вдруг понял одну простую истину: танец – не математика, танец – поэзия! И пытаться исполнять его, руководствуясь безжизненными чертежами и таблицами – что дышать по расписанию. Нельзя подхватывать партнершу, контролируя воображаемой рулеткой, на какую высоту ты ее приподнял, нельзя смотреть ей в глаза только потому, что так написано в инструкции. Тут уж одно из двух – либо ты чувствуешь танец и живешь им, либо не сложилось. Так какого черта! Если и открывать что-то новое, то почему не сейчас? В конце концов, если что пойдет не так – ему подскажут.

Музыка взлетела на новую высоту, и Лайс мысленно отпустил вожжи…

Как он позже ни пытался, но так и не смог сложить свои воспоминания в единую цельную картину. Раз за разом все распадалось на отдельные яркие вспышки, опаляющие разум и заставлявшие вздрагивать при каждой попытке разглядеть их повнимательней.

Развевающееся красное платье… тонкая татуированная кисть, пролетающая перед его глазами… задевающие лицо бронзовые волосы … плотная, упругая талия в его руках… тяжесть отнюдь не невесомого тела… декольте, в какой-то момент оказавшееся прямо перед носом Лайса… едва ощутимый терпкий аромат духов…

Но странным образом глубже всего в память врезалось то мгновение, когда он, поддерживая ладонью обнаженную спину Дэлери, чувствовал своими пальцами, как движутся под теплой бархатной кожей ее острые лопатки… Да еще немного удивленный взгляд Жрицы, которым она его одаривала в те моменты, когда танцорам предписывалось смотреть друг другу в глаза.

Всего лишь миг – и несколько минут танцевальной страсти истекли, взорвавшись громким финальным аккордом. Пары остановились, отступив друг от друга на шаг и благодаря партнера за прекрасный танец. Лайс также поклонился, жадно хватая ртом воздух, и ему показалось, что ответный реверанс Верховной выглядел не таким уж и формальным. Она действительно была ему благодарна и, похоже, даже сама немного раскраснелась.

– Ну ты даешь! – восхищение Холисса выглядело абсолютно искренним и неподдельным.

– Я тут ни при чем, – Лайс, не особо заботясь о том, как он сейчас выглядит, подобно Кордоку залпом опрокинул в рот первый же подвернувшийся бокал. – Это все ее заслуга.

Он привалился к стойке, тяжело дыша и чувствуя, как прямо под рубашкой струйки пота сбегают по его разгоряченному телу.