Незапертые двери

В первый момент он отнес шум в ушах и легкое головокружение на счет тяжелого и насыщенного дня. От такой концентрации событий у кого хочешь извилины в узел завяжутся. Однако чуть позже Лайса охватил сильный озноб, и он понял, что дело обстоит несколько более серьезно, нежели он полагал вначале. Предпочтя не испытывать судьбу, он решил отложить дела на завтра и отправился в душ.

Когда Лайс добрался до кровати, его трясло уже не на шутку. Ко всем прочим прелестям добавилась еще и жуткая ломота во всех суставах.

Он забрался под одеяло, накинув сверху еще и толстое покрывало, но озноб не утихал. Поскольку в таком состоянии и речи не могло идти, чтобы утром вернуться к работе, Лайс выпростал наружу трясущуюся руку и взял с тумбочки свой рабочий коммуникатор. Уже чувствуя, как его разум начинает затягивать куда-то в темные глубины забытья, он вызвал дежурного администратора…

Приглушенные голоса, вспышки света, чьи-то ледяные пальцы, касающиеся его лба…

– У него сильный жар, госпожа…

– Принесите воды, ему нужно больше пить…

Удивительно знакомый голос… странно… сильные руки помогают сесть прямо… губ касается ободок кружки…

– Все выглядит как неожиданно острая реакция на Посвящение, но я никогда с таким не сталкивалась…

– Такое случается… иногда…

Лайса бережно опускают обратно на подушку, которую уже успели сменить, и укрывают одеялом…

– Его будет лихорадить еще пару дней, так что присматривайте за ним…

– Разумеется, госпожа…

– О любых изменениях в его состоянии докладывайте лично мне или Сестре Джейх…

– Хорошо, госпожа…

Ах, да, голос… точно… но он же звонил администратору, почему на его вызов явилась сама…

Над Лайсом вновь сомкнулись темные воды беспамятства…

Наутро Лайс ощущал себя гипсовой куклой, которую расколотили на куски, а потом тяп-ляп склеили обратно.

Все тело так немилосердно ломило, что казалось, будто от малейшего движения его руки и ноги могут снова отвалиться. При первой же попытке пошевелиться Лайса пронзила столь резкая боль, что он не сдержался и хрипло выругался.

На то, чтобы собраться с силами и доковылять до туалета у него ушла целая вечность. Десять шагов туда, десть обратно, но даже эта короткая прогулка лишила его последних сил.