Право последней охоты

Одно из самых теплых воспоминаний, что греют мне душу на старости лет – это выражение его лица в тот момент, когда ты прямо ему на стол с грохотом водрузил клетку с означенной тварью, – Серго не выдержал и засмеялся, но тут же был сражен новым приступом кашля.

– Да что же это за жизнь такая! – прошептал он, отдышавшись, – даже посмеяться толком нельзя! Ну, так чем же тебе не нравится мое предложение? Согласись, коготь Эрамонта прекрасно бы смотрелся в твоей витрине!

– Ты пришел не по адресу, – помотал головой Иган, – если подобные идеи не дают тебе спокойно спать, то прими лучше снотворное, только не переусердствуй.

Или обратись во «Вселенскую Кунсткамеру», у них в экспозиции даже рог Единорога имеется, а я жульничеством не занимаюсь.

– Кто говорит о жульничестве?

– А что же это, по-твоему, такое!? Эрамонта не существует. Точка, – в голосе Игана зазвенело неприкрытое и даже агрессивное раздражение, – Я допускаю, что досужие выдумщики, как это уже не раз случалось, могли наградить подобными мистическими свойствами вполне реальное животное, но я о таковом ничего не знаю.

Все известные науке виды можно найти, по крайней мере, в виде голограмм, в твоем «Экзотик парке». Если кого-то нет у тебя, то его нет вообще. Все.

– Спасибо на добром слове, но реальная ситуация, конечно, далека от обрисованной тобой идиллии.

– В запасе у тебя всегда есть толпа увешанных аппаратурой молокососов. Два выстрела – и Эрамонт твой. Разве не так?

– Кончай топтать мою больную мозоль! – Серго состроил жалобную гримасу, – ты, как всегда, прав, по сравнению с тобой они сосунки, но основная загвоздка не в этом.

– А в чем?

– Ты же знаешь, Пракус закрыт на строгий карантин.

– Тебя это остановит?

– Нет, конечно, но я не всемогущ. Я не могу протащить туда тайком целую роту. Небольшой шустрый кораблик, Зверолов-одиночка и пара-тройка человек для технического обеспечения. Это максимум, что можно сделать, не навлекая на себя серьезных неприятностей.

– Но почему для своей бредовой затеи ты выбрал именно меня? По правде говоря, мне даже несколько оскорбительно, что ты всерьез полагаешь, будто я соглашусь заняться этой чушью.

– Только ты способен с ней справиться. Ты был одним из лучших! А теперь ты, похоже, вообще единственный, кто еще на что-то способен, и вчера я лишний раз в этом убедился.

– Ну вот, теперь ты сам опустился до банальной лести. Не пытайся играть на моем тщеславии, я же сказал, что у меня его нет.