Эволюция G.A.N.Z.A.

Я же сказал, мы не виделись столько лет.

– Нам не важно, пили ли вы вместе чай месяц назад, важно, как вы понимаете степень важности его открытий. Любили ли вы его жену? Крали его секреты? Вряд ли. Но не в ревности профессионала всё дело. Людей жизнь заставляет ценить что-то, кроме работы. И вы были близки много лет. Вы знали его жену, Элиз. Это непросто вычеркнуть из памяти.

– Мне всё равно, что вы знаете из моей биографии. Мне плевать на Прайса. У меня своя работа. И она связана с военным ведомством. Защищено правительством.

Я работаю на правительство.

– Отрадно слышать, профессор Рой. Надеюсь, вы в курсе, что они также гордятся тем, что вы у них работаете.

– Уверен, что это важно, – подчеркнул Цибион.

– Вы тратите время на объяснения, профессор Рой. Здесь нет никого из тех, кто боится военного ведомства, и уверяю, они не представляют, где вы можете быть. Хотя и ищут вас без особого рвения. А мы даже не спрашиваем вас о причинах, которые заставили вас пуститься в бега. Нам интересен только факт вашего контакта с Прайсом.

Вы помогли ему бежать?

– Что за бред? – усмехнулся Цибион. – Я даже не знал, что он в бегах! Когда это случилось?

– Послушайте профессора, – кон Рерик вновь остановился рядом с ним и обратился к остальным. – В этом человеке не только страсть к игре в шпионов, но и неимоверная твердость характера. А может, это глупость?

Цибион смотрел на него снизу вверх и ловил нотки иронии в голосе.

– Я уверен, что это ошибка. Никуда и никогда я не собирался уходить.

У меня контракт и не более. Работы в области редукции, и это основной вид деятельности. Какое вам дело до моих исследований по регенерации кожи и других органов? Я не работаю с G.A.N.Z.A. Вас ведь это интересует?

– Вы не слышали вопроса? Где Прайс?

– Я же сказал, я даже не знал, что он сбежал.

Кон Рерик опять начал обходить стол, сложив ладони.

– Вы ещё не познали ценность времени, профессор. Его бег остается мерилом всего. Оно бесценно, как и первый вздох человека. Оно умирает вместе с ним.

Останавливается для одного, но замедляется для всех. Как и развитие всего человечества, на страже которого церковь Предтечи выбирает самый тернистый путь выбора между мирским, глупым существованием личности и вовлеченности в общее дело развития всего, чем это человечество может гордиться. Нам нет дела до военных и их игр в солдатики. Вы правы, ваши работы по репродукции важны, но вместе с тем ничтожны в отношении всего, что делал профессор Прайс.