Эволюция G.A.N.Z.A.

За 6 часов будем на краю материка.

– Как долго. Стоило убегать так далеко, чтобы вернутся обратно в ту же сторону.

– Возможно, оттуда и дальше. Может, через океан по туннелю. Пока не знаю.

– Океан, – повторила она задумчиво. – Я так хотела бы проплыть по нему на корабле.

Он улыбнулся иронично.

– Они сейчас все автоматизированы. Огромные лайнеры. Океан очень грязный. Романтики в таком путешествии не больше, чем в прогулке рядом с химзаводом. Когда-то да, лет 20 назад, но не сейчас.

– Что мы делаем с этой планетой, Эдвард?

Он грустно посмотрел на неё.

– Это начато давно и не остановить. Когда-то будет найдено решение.

Она промолчала. Смотрела на людей, которых привозили и увозили поезда. Ощущала ритм, который пульсировал и увлекал эти толпы. Смотрела из глубины капюшона на жизнь, которую не могла вспомнить и не принимала, борясь с двойственным мнением своего разума. Синие глаза, прикрытые карими линзами, смотрели на мужа с любовью. Но стоило повернуть голову, как взгляд её становился холодным и безразличным ко всем.

Она сжимала его руку и спокойно сидела, ожидая, что будет дальше. Но в её голове развивалось собственное сознание и точка зрения на ряд очевидных противоречий. Минутная задержка для доктора Эдварда была невыносима. Глядя, как она спокойно сидит, он осознавал, что опасность, которая их окружает, до конца не принимается Элиз. Несколько раз, открыв было рот, он хотел приободрить её, думая, что такое спокойствие – результат страха, но не стал ничего говорить, просто сидел рядом и ждал человека с билетами.

Он посмотрел на часы на большом мониторе.

– Скоро уже наш, – тихо сказал он, склонившись к капюшону.

– Хорошо, – ответила она.

Доктор Эдвард аккуратно засунул руку в сумку, которую держал на коленях и ухватился за рукоять пистолета. Крепко сжал ребристую поверхность металлопластика. Его глаза под очками встревоженно смотрели вокруг. Он сидел, не вынимая руку, и наигранно расслабленно опирался на спинку. Минуты текли очень медленно. И хотя они выбрали самое удачное место на куске перрона с минимумом перекрестных камер, само их присутствие на переполненном вокзале несло огромный риск.

Нужно было уходить и быстро. Постоянно перемещаясь. Но слоняться туда-сюда по перрону и вокруг вокзала, ездить на такси, было не лучшим вариантом.

– Нужно говорить, – кашлянул он, – нельзя сидеть молча.

– Хорошо, – ответила Элиз. – Почему мы не сразу сели на поезд?

– Я не мог купить билет. Это должен сделать кто-то другой.