Бойся тут!

– Чё разорался?! – крикнула в ответ девушка, выходящая из леса. Рома, хоть он был и измученным, смог её полностью разглядеть и облюбовать с ног до головы, она сразу ему понравилась: девушка стройная, с русыми волосами, собранными в хвост, одетая в бирюзовую футболку (поло), красные шорты и кепку того же цвета, в руках она держала розовый рюкзак и что-то в него убирала.

– В лесу маньяк водится. – сказал Василий.

– Ой, что за бред? – ответила она.

– Да, вот свидетель! – показывая на Рому ответила Дарья.

– Ладно, маньяк не маньяк, а спать надо! У меня уже от этого дыма башка раскалывается, пойду-ка я в свою палатку. – после этих слов, Оксана отправилась спать.

– Дарья, ты тогда тоже иди, а нам, мужикам, потрещать надо. Хорошо? – сказал Анатолий, видимо он был не формальным лидером в этой компании, как показалось Роману, а Вася… Вася был её душою, юморной паренек.

– Ладно, я всё равно собиралась идти спать. – после этих слов и Дарья отправилась в другую, противоположную палатку.

Видимо это пары, подумал Рома.

– Иди золотце, я сейчас присоединюсь к тебе… – чмокнув в губы Дарью, сказал Василий. Вот, все точки над «и», Рома понял, кто с кем, хотя его это не совсем волновало.

Как только девушки покинули мужскую половину, у ребят начался диалог. Рома рассказал всю историю, с самого начала, что с ребятами приключилось, только сократил её до одного дня и при этом убрав мистику, добавив ещё пару злодеев, мол они действуют не в одиночку, что их тут несколько.

Ребята проглотили всё это, и после не долгого совещания было решено, что они будут дежурить ночью. Рому отправили спать, предварительно переложив Дарью к Оксане, а затем к нему присоединился и Василий. На дежурство первым встал Анатолий.

Роман спал крепко. Наконец-то он за эти дни смог нормально поспать. Ему снился сон, как он дома прекрасно завтракает с друзьями, рассказывая про страшный сон, в котором был остров со всякими тварями. Сон прервал Василий.

– Рома! Рома! Они здесь были!

– Кто? Что случилось? – удивленно спросил Роман, высунув голову из палатки.

– Как же так?! Моя Дашечка… – чуть ли не рыдая, бился в истерике Василий.

Роман пришёл в чувство и вылез из палатки. На улице уже светало, скоро должен был быть рассвет. Костер не горел, даже не было тлеющих угольков, а Анатолий сидел прислонившись спиной к дереву, держа в руках свою отрубленную голову, во рту которой торчал пневматический пистолет.