Выбор моей реальности. Том 1

– Чем занимался твой издохший ипат?

– Могутой его величали… Беглый ипат муромский… В дубравах, в чащобах да на Волге ограблял честных торговьцев. Отъимал серебро, златице да узорочие всяческое, пытал да изголялся, а опосля живота их лишал, – зачастила она и, прижав руки к груди, покаялась, – но я ему истязать да погублять не подмогала! Никому худого не сотворила, не казните, архистратиг!

– Не буду, скажи, где награбленные деньги и вещи?

– Днесь с восходом солнца его прихвостни потащили добычу в град Сувар продавати.

А доля Могуты туто в суме с припасами схоронена.

– Когда они вернутся обратно?

– Много ночедней проходит, покамест ушкуйники–псы окаянные воротятся, но ясно о том не ведаю да считать толком не разумею.

– Скажи, какие города расположены поблизости?

– В четырёх днях дороги стоит Великий Болгар. В иных градах Идель Булгарии так и не довелось побывати, – горестно вздохнула Айка, – но они уж отседова далече, много седмиц идтить надобно…

Глава 30. Гостята

– Старик, а ты что скажешь?

– Какой я те старик, сорок зим мне токмо! – и он подал скрипучий голос.

Похоже, жизнь этого мужика неплохо потрепала, если таким старичком выглядит, или из-за всклоченной седой бороды мне кажется, что ему в обед сто лет исполнится.

– Поручись-ка, што твой шайтан меня к праотцам не заберёт. Рановато мне покамест к ним… Поведаю, што ты желаешь, – немного подумав, сообщил он.

– Говори уже! Никуда мой шайтан тебя не заберёт и не убьёт, отпущу сразу после разговора.

– Отпускать не надобно, здеся и останусь. Боле мне некамо и незачем идтити. Здеся и помирать буду, но прежде дождусь тех поганых псов, что с моей торговлей в Сувар съехали, и прибью, скольких смогу. Они отрока моего последнего умертвили, все мои монеты и узорочье утащили. Повозку уволокли… и Клюсю, – старик, не выдержав свалившихся на него несчастий, зарыдал в голос.

– Они твою жену с собой забрали? – проникаясь в местные реалии, сочувственно спросил я.

– Нее, не жену, – поспешно ответила за него Айка.

 – Клячу–лошадину.

– Как тебя зовут? – задал я вопрос, когда он немного успокоился и пришёл в себя.

– Гостята я, – сообщил он о себе. – Ростовьский купьчина. Шёл, как водится, в городище Веда Суар к чавашскому князю Элмесу. С Ага-Базара, из Болгара вёз для князя сафьян–булгари, бусины, перстни и цепи из червленого серебра, воскь. Токмо те чужеяды всё у меня поотымали. Дождусь и порешу сучьих вымесков! – Гостята со злостью сплюнул на землю.