Левиафан

 – зашептал командир. – Наверно, они хотят

знать, зачем Мы сюда пришли. Надеются, что Мы покажем им, где тут ценные вещи запрятаны.

Мы по очереди залезли на решётчатые металлические платформы, нависшие под самым потолком, и все затихли. Послышался металлический лязг падающих запчастей. Хотя отсюда Мы видели почти весь зал, было не ясно, где противник взору сильно мешали высокие стеллажи. Бегая глазами по лежащему под Нами помещению, Гелий почти беззвучно напомнил, зачем Мы здесь:

–

Нам по-прежнему нужно найти гранаты.

Они тяжёлые, их переносили подъёмниками, которых здесь три: вон первый, с другой стороны второй. – оператор показал пальцем. – Третий над самым входом. Видите, на двух из них контейнеры висят? Оба очень похожи на гранаты – надо проверить. Вперёд!

Не теряя ни секунды, он почти ползком двинулся по уходящей влево платформе. Я никак не мог понять, почему Сыч и Лиса всё медлят и медлят, но в данный момент было не до них. Пригнувшись как можно ниже, я осторожно пошагал ко второму подъёмнику, зависшему у правой стены.

В зале снова загремели детали, но эхо, громко отвечающее всякому шуму, не давало возможности даже примерно понять, где источник звука.

Подъёмник был уже близко, и я смог рассмотреть небольшие коробки, висящие на крюках. Они были скреплены друг с другом тонкими, но крепкими прутами: это гранаты, я сразу узнал их. В каждой такой коробке должно находиться шесть единиц, такова стандартная упаковка.

Я повернулся налево и с трудом нашёл глазами Гелия, у дальней стены подвигающегося ко второму крану.

Отсюда подать ему сигнал не представлялось возможным – в противоположном конце зала он мог услышать разве что крик. Но в лабиринте, наверняка, уже полном враждебных роботов, шуметь не стоило, так что я потихоньку двинулся дальше.

У самого подъёмника я снова услышал металлический грохот. Буквально в этот же момент из-за одной из полок, стоящих подо мной, выкатилось несколько тёмных пластиковых шариков чёрного цвета. Я схватился за автомат и впился глазами в стеллаж.

Между запчастями, коими он был уставлен, виднелись тонкие полоски пространства за стойкой, и эти полоски периодически темнели, выдавая движение.

Немного подождав, сам не знаю, чего, я с максимальной аккуратностью продолжил шагать к подъёмнику. Он висел как раз над тем самым местом, где что-то двигалось. Подходя к развилке платформы, я не спускал глаз со стойки, из-за которой начали медленно выплывать очертания металлопластикового человекоподобного существа.