Остров чародеев – 6

Лишь когда проснутся, а за это время от них тут мокрого места не останется. Но почему она так спокойна?

– Вы звали Фарзага? – проскрипела старуха, щупальцами едва не касаясь разделяющего их барьера.

– Да.

– Боюсь, он не сможет прийти, – глумливо завыло чучело, перекосившись набок. – Ибо больше не существует.

– Ушёл на реинкарнацию?

– Скорее внутрь нас, – растянулись в жабьей улыбке губы толстяка, обнажая багровые внутренности. – Очень вкусным оказался, однако.

– Вы его съели?!?

– Определённо да, – хихикнула старуха.

 – Но разве не заслуживал того? Здесь каждый получает то, чего достоин. Хотите прогуляться с нами, убедиться в истинности сказанного?

– Нет, спасибо. Мы возвращаемся.

И Маша сделала движение, словно разрывала напополам лист бумаги.

– Ну и страшилища, – очнувшись, помотал головой Славик. – Точно не приснилось?

– Коллективных галлюцинаций не бывает, только если наведённый морок.

– Неужели вправду слопали? Что-то для лярв они дюже разговорчивые.

Или и такие разновидности есть?

Магда укоризненно взглянула в его сторону.

– Лекции меньше надо было прогуливать. Иначе знали бы, с кем довелось столкнуться. Вот, смотрите, – раскрыв конспект, она пролистнула несколько страниц в поисках нужной, – слуги наиболее могущественных соратников Владыки Закатного мира, в просторечии именуемых верховными демонами. «Старуха» подчиняется Левиафану, демону зависти. «Толстяк» находится в услужении Маммоне, олицетворению алчности.

«Пугало» принадлежит Люциферу, ответственному за гордыню.

– Случайно не из семи смертных грехов?

– Оттуда.

– Круто! Немало грехов, получается, у Фарзага за душой числилось. Ох как не хотелось бы очутиться на его месте.

– Не греши, Вячеслав, и не будешь, – совершенно серьёзным тоном заявила Магда, вставая. – Надеюсь, вопросов ко мне больше нет? В таком случае разрешите откланяться.

– Да, конечно.

Большое спасибо!

– Эк она тебя, однако, – не удержался от ехидства Денис, когда за немкой захлопнулась дверь. – Явно злится, что променял на другую, просто старается держать себя в руках.

– Понятно дело, кому ж приятно. Но разве сердцу можно приказать?

– Наступит время, то же самое ты скажешь в отношении другой девушки.

– Не исключаю, но не хочу загадывать. Потому как до глубины души обидно: опять задумка провалилась с треском.