Сен. Книга вторая. Любопытство Сена

Переход в виртуал, максимальное ускорение. Задействовать вторичных, подключение баз данных, поиск всевозможных пыток.

"Ты бы сформулировал запрос поточнее".

Да, действительно, стоит ограничить фантазию, а то несколько миллионов пыток просматривать… никакого времени не хватит.

Поиск пыток, удовлетворяющих следующим требованиям: используются ИСБ, срок гарантированного "взлома" менее суток.

Найдено три тысячи семьсот сорок три методики. Уже лучше, но многовато.

Уточнение поиска:

Оценены с точки зрения эффективности, подробно исследованы.

Чуть больше двух тысяч.

Какое бы еще условие вставить? Точно! Из имеющихся результатов выбрать ту методики, которая причиняет наименьший психический вред жертве.

О! Пытка иглоукалыванием по методу Ларцева.

Ларцев это не самый новенький из Жнецов?

"Он самый".

Сразу видно, подошел к вопросу с душой, надо отдать должное: и графики, и анализ эффективности, и математическая модель, и биохимическая, и даже доказательство оптимальности расположения игл… Люблю профессионалов.

"Конкретно он у тебя вызывает желание убить, а никак не любовь".

Не придирайся к словам.

– Учитель, позвольте мне им на сутки заняться. Есть вероятность, что он запоет, как миленький.

– Почему нет? – разрешил лич. – Что тебе требуется?

– Девяносто семь игл диаметра не более миллиметра.

– Точное число. Значит, какая-то неизвестная мне методика? – уточнил Бератрон.

– Вероятно. Если получится, то с удовольствием поделюсь.

– Тогда не будем заставлять нашего гостя ждать.

Мы прошли в одну из камер, которая выглядела на удивление прилично: качественно оштукатуренные стены, окрашенные в зелененький жизнерадостный цвет, ковер с длинным мягким ворсом на полу, пара резных кресел, множество магических светильников. Но самое убийственное – кадка с небольшим деревцем в дальнем углу камеры. Вид комнаты несколько портил специальный стенд, на котором и был закреплен колдун.

– Торрен, подойди сюда, – сказал я, – ага, поближе. Посмотри на его глаза. Видишь, какая чистая, незамутненная ненависть. Именно так на меня смотрел мой "любимый" отчим в день перед казнью, – я подошел поближе и рассмеялся в лицо колдуну, с удовольствием отметив вспышку ярости на его лице.

– Джула, будь так любезна, покинь помещение, – вспомнил о "неженском" зрелище Торрен.

Она явно обиделась и, что-то тихонько прошипев, вышла из помещения.