Тайна Лавендер Хилла

 – Какое счастье услышать, что вы еще живы!

– Да пошел ты… выругался в ответ старик и зашаркал тапками по каменной плитке.

Адам едва сдержал смех, вспоминая, как они с друзьями издевались над мистером Пенни в детстве.

– Мистер Пенни по утру

Прячет пенис в кенгуру

Но не любит кенгуру

Эту странную игру!!!

– Ха ха ха!!!

– Вот я вам сейчас! Кричал в ответ старик, грозя им вслед кулаком, а ребята, умирая от смеха бежали в рассыпную кто куда.

И действительно, после пары крепких ударов, тяжелая дубовая дверь, наконец то поддалась и со страшным скрипом проржавевших петель, медленно открылась.

В лицо пахнуло сыростью и вековой плесенью.

Как же, оказывается давно, он здесь не был! Он уже совсем позабыл этот скрипучий звук и этот запах, пропитанный древней историей Лавендер Хилла.

Когда-то давно, эти стены были наполнены жизнью и движением, а теперь лишь жалкое зрелище предстало перед его взором.

Адам вздохнул и секунду поколебавшись, шагнул внутрь.

Его окружила обволакивающая пустота, сырая и холодная как бездна, всем своим существом кричащая ему – Беги, беги отсюда!

Но Адам упрямо пробирался вдоль шершавой стены, пытаясь нащупать рукой выключатель. Послышался характерный щелчок и зажегся свет, пробиваясь сквозь покрытую слоем пыли лампочку. Картины из детства одна за другой всплывали вокруг Адама, проносясь мимо хороводом ярких воспоминаний. Все вокруг было точно таким же, как и 20 лет назад, словно обитатели этого места только что покинули его, не успев даже убрать скатерть с обеденного стола.

И какая-то одинокая заброшенность присутствовала во всем этом былом великолепии. Вещи из его детства как бы слегка выцвели, потеряв свой лоск и привычную нарядность. Тяжелым стоном затянули свою песню половицы, недовольно поскрипывая под ногами Адама. Он прошел в гостиную и направился к окну, отодвинув тяжелые велюровые шторы, покрытые толстым слоем пыли.

– Да, работы тут действительно завались! – подумал Адам, глядя на все это.

Сквозь грязные стекла окна выглядывал некогда раскошный сад, до безобразия заросший кустарником и дикой ежевикой.

Запустение и разруха царили вокруг, откликаясь в сердце Адама грустью за то безвозвратно ушедшее время, которое ему уже было никогда не вернуть.

Тем не менее, впереди предстояла большая работа, и прежде, чем приступить к ней, было бы совсем неплохо запастись какими-нибудь продуктами.