ГиперStorm

Активирую протокол «ПС-2».

…5–37…5–36…

По контуру шлюза зажглись лампочки и теплый желтый свет внутри ангара сменился красным пульсирующим сиянием, сигнализируя о начале разгерметизации. Резкий звуковой сигнал продублировал предупреждение возможным зазевавшимся техникам. Загудели насосы, откачивая воздух из помещения – это слишком дорогой ресурс, чтобы просто так выбрасывать его в космос.

…3–08… 3–07…

Прямоугольные створки шлюза плавно разошлись в стороны. Пепельно-голубая поверхность Луны бликовала на солнце и закруглялась на близком горизонте.

Траектория старта подсвечивалась лазерными указателями. Перед ангаром не было никаких строений, во избежание ненужных разрушений в случае аварийной ситуации. Катера, вылетающие из ЛКП, сразу устремлялись в черную бездну.

…1–44… 1–43…

Акси подключила дыхательный аппарат и вдохнула стабилизирующий газ. Тело тотчас приобрело немыслимую легкость.

– Запустить стартовый двигатель.

Катер слегка вздрогнул, словно боевой конь почувствовавший близкую свободу.

…0–57… 0–56…

– Диспетчерский Центр – Персефоне, – раздался голос офицера. – Готовность 100 %. Отключаю блокировку.

Момента, когда магнитные захваты отсоединяются от корпуса корабля, пилот конечно не видит. И происходит это, казалось бы, незаметно: ни дерганий, ни раскачивания, никакого шума или лязганья. И все же, каждый раз пилот чувствует, что наступил миг, когда корабль больше не является частью огромного комплекса, что никакие оковы больше не держат его, что теперь он лишь частица Великого Космоса.

Акси положила руки на штурвал. Больше пальцы зажали пластины активации системы управления.

– Переход на ручное управление, – тут же предупредил компьютер.

…0–08… 0–07…

Стены ангара подернулись мутной дымкой, мигающие лампочки потускнели; остался только черно-белый квадрат пространства в который нужно было нырнуть словно пловцу в прорубь.

…0–02… 0–01…

Акси вдавила штурвал и бездна рванула навстречу. Стальные корпуса космодрома мгновенно остались позади. Уменьшаясь в размерах, жилые блоки и ангары слились с унылым серым пейзажем, и неопытный взгляд навряд ли смог бы отличить их от естественного рельефа; только посадочные маяки напоминали о том, что лунная поверхность давно освоена людьми.

На траверсе мелькали огни тяжелых космических транспортов и юрких катеров.