Есть только миг. История человека, мечтавшего о бессмертии

Засовывают в этот термос – по-научному такие термосы назывались дьюарами – человека, накачав предварительно его тело глицерином или ещё какой-нибудь химической гадостью, чтобы оно совсем в ледышку не превратилось, – и он может пролежать там хоть тысячу лет.

Что, Томми? Зачем люди соглашались жить в термосе? Ну, их же не живыми туда клали, а только после смерти. Попробовал бы кто-нибудь заморозить так живого человека – его бы сразу упекли за убийство. Поэтому многие рассуждали так: раз я все равно умру, то почему бы после смерти моё тело не поместить в такой дьюар вместо того, чтобы сжечь его или закопать? Авось, когда-то в будущем ученые меня оживят.

Лучше мизерные шансы, чем нулевые.

И на этой простой идее развернулся мощный бизнес. Сотни тысяч людей платили бешеные деньги за то, чтобы их после смерти заморозили и поместили в дьюар. Строились огромные здания, в которых хранились тысячи дьюаров. Целые кварталы из таких зданий вырастали как грибы во всех крупных городах.

Я застал пик расцвета крионики: когда мне исполнилось двенадцать лет, в одном американском научном институте впервые успешно разморозили Джона Смита – одного из основателей крионики, замороженного в незапамятные времена, то ли в двадцатом, то ли в двадцать первом веке. Это был настоящий научный прорыв. Как только новости об этом просочились в СМИ – что после этого началось, ты бы видел, Томми! Всех как будто охватила лихорадка.

Но эйфория очень быстро сошла на нет. Причем со скандалами. Вскрылось, что у многих фирм, занимавшихся хранением таких замороженных людей на платной основе, вошло в обычай через сто лет после заморозки, когда все родные и близкие замороженного умирали, выкидывать замороженного из дьюара, а на его место класть свеженького покойничка. Ничего нового в этом, конечно, нет – это старая практика, которую издревле практиковали на всех кладбищах.

Фирмы справедливо полагали, что ничего им за это не будет. В худшем случае – если вдруг какой-то праправнук почему-то вспомнит о своем предке, которого ни разу не видел, и проявит достаточную дотошность и компетентность, чтобы проверить, чьё именно тело сейчас лежит в прапрадедушкином дьюаре, – то придется всего лишь вернуть заплаченные сто лет назад деньги.

Однако главная причина упадка крионики была в другом.