Зона преступности. Сборник

– Пошел, урод!

– Что тебе нужно? Отвали!

Блоха дергался, пытаясь встать, но получил от Филина новый толчок. Скуля, Блоха отполз назад и уперся спиной в стену. Филин, захлопнув дверь, взял Блоху на прицел.

– Дома есть кто?

– Нет, – заскулил Блоха. – Что тебе нужно?

– Только рыпнись, завалю, понял?

Блоха отчаянно закивал. Филин быстро проверил комнаты – никого. Тогда он вернулся к Блохе и, нависнув над ним, упер ствол пистолета ему в горло.

– Зачем ты ее завалил? Ну? Отвечай!

– Кого? – в ужасе скулил Блоха.

 – Когда? Ты че? Я никого не валил, никого, мужик!

– П… шь! – рявкнул Филин, давя стволом так, что Блоху чуть не вырвало, и он закашлялся. Филин дернул его за волосы. – Женщина, которая кинула на тебя заяву! Тебя отпустили, а через два дня ее убили! Хочешь сказать, это был не ты?

– Нет!

– П… шь! – Филин ударил его стволом по лицу. – Это был ты!

– Нет, не я, не я, нет!

– Ты звонил мне с ее номера! Я все знаю, обсосок! Я тебя прямо здесь завалю, понял меня?!

– Это был не я! – заверещал Блоха.

 – Отвечаю! Я ничего не делал, мужик! Я ее последний раз на суде видел месяц назад и все, отвечаю! Зачем мне это, мужик, зачем?!

Филин снова наотмашь врезал ему стволом по лицу, дернул за волосы, заглядывая в его круглые от ужаса и паники глаза.

– Сегодня ночью, гнида! Ты завалил ее, а потом позвонил мне! Подгадить мне решил, сука? Говори! Это был ты, я знаю! Больше некому, слышишь меня? Говори, или мозги вышибу!

Для устрашения Филин взвел курок, туча пистолет ему в лицо.

Блоха, которого колотило от первобытного ужаса, зажмурился и съежился, но вдруг изменился в лице. И вскинул на Филина полный надежды взгляд – это была его спасательная соломинка.

– Сегодня ночью? Ее убили сегодня ночью?

– Не ломайся, – процедил Филин, снова врезав ему стволом – теперь по ключице. Заскулив и вжавшись в стену, Блоха отчаянно заголосил:

– Погоди-погоди! Я два дня в трезвяке был! Слышишь? Я только оттуда! У меня справка даже есть, можешь проверить! В кармане! Я всю ночь был там, и вчера тоже!

Филин пораженно смотрел на него, вдруг четко и ясно поняв – это правда.

Поняв по лицу Блохи, по его полному ужаса голосу. По бутылке пива, которую он пил по пути домой – первое пиво после двух суток – незыблемая традиция гопников и мелкой шушеры вроде Блохи. По искренней надежде, которую сложно сыграть, если за тобой есть грешок. Филин невольно опустил пистолет.