Братва

Среднего роста мужчина лет тридцати пяти, со светлыми глазами, правильными чертами лица, в неброской, но дорогой одежде. И здоровенный бугай с боксерским носом, увешанный массивными золотыми цепями.

Перо подал подручным знак приготовиться. Светлоглазый едва заметно улыбнулся.

– Привет, – обратился Белов к Резакову, безошибочно определив в нем старшего. – Нас ждете?

– Да!

– Присядем, побеседуем…

Перо опустился за столик в углу. Гости расположились напротив.

– Больно много вас, ребята, собралось, – зевнул Александр, прикрывая рот ладонью.

 – С чего такая суматоха?

Резаков, постепенно входя в раж, принялся обличать варламовцев в беспределе.

Белов безмятежно слушал, а боксер, как мысленно окрестил Перо Соколов, раздраженно играл желваками.

– Бред сивой кобылы! – процедил он сквозь зубы, едва Резаков закончил рассказ.

– Не кипятись, Витя! – мягко сказал Белов. – Просто пацанов ввели в заблуждение. Кстати, где Гусякин? Обвинения серьезные. Пускай коммерсило их подтвердит.

Итак, где пострадавший?

– Он, э-э, занят! – смутился Перо.

– Что-о?! Занят?! Я, наверное, ослышался? – в глазах Александра сверкнула молния, а в голосе зазвучали металлические нотки.

– Кто у кого под крышей: он у вас или вы у него?!

Выбитый из колеи неожиданным поворотом событий, Перо сконфуженно промолчал.

– Позвони, пригласи сюда, – улыбнулся Белов, протягивая Резакову сотовый телефон. – Хочу заглянуть в ясные очи несчастного страдальца.

Голос Александра снова сделался ласковым, спокойным.

Однако глаза покрылись корочкой льда. Загипнотизированный его немигающим, жестким взглядом, Резаков послушно набрал номер.

Похоже, варламовцы уверены в собственной правоте, подумал он. А Гусякин… Ну, не дай бог врал, паршивец! Порву как мойву!!!

Глава 3

Виктор Соколов по кличке Сокол

Ишь, столпились, кретины, аж целый десяток! Дурацкая привычка на стрелки кодлой являться. В-ские, мудаки, массовость любят. На хрена, спрашивается?! Думали, мы испугаемся стада безмозглых быков с дутыми от анаболиков мышцами?! Ха-ха-ха!

Господи! Голова трещит по швам! Старший вроде посерьезнее, но тоже болван.

Какого черта Сашка с ним церемонится?! Признаться, меня иногда раздражает чрезмерный гуманизм Белова. Забуреет[9 - Обнаглеет.], скажем, барыга, надо бы ему сразу в рыло, да по печени, да по почкам… Так нет же, Саня начинает дипломатию разводить, пытается объяснить тупой коммерсильей башке, почему тот не прав.