Хроники майора Корсакова. Том 4. Книга первая

Макака-Жорес вместе с ней приземлился в могучие объятия санитаров, мгновенно получил дубинкой по темени, обмяк, закатил глазенки под лоб и спустя считанные секунды был облачен в смирительную рубашку.

– Огромное Вам спасибо! – Доктор сердечно потряс мою здоровую руку, сделал новоявленной обезьяне укол снотворного в шею и скомандовал санитарам: – Тащите ЭТО в машину!

Последователя дарвинизма бесцеремонно швырнули на носилки и быстро унесли.

– Заходите, ребята. Принимайтесь за работу, – пригласил я в квартиру группу Филимонова.

 – Если ничего интересного не найдете, то хоть формальности соблюдите…

А сам, спустившись по лестнице, подошел к «Скорой», возле которой терпеливо дожидался давешний очкарик. При виде меня он поспешно отвел глаза и слегка покраснел.

«Все-таки настучал, зараза, – понял я. – Естественно, не напрямую Нелюбину. Нет у него доступа к генералу. «Капнул» он непосредственному начальнику, а уж тот… Ну да ладно. Даст Бог, выкручусь!»

– Осмотрите, пожалуйста, – я протянул ему простреленное предплечье.

 – Там, конечно, пустяк, царапина, но перестраховка не повредит…

Рана действительно оказалась незначительной. Пуля Малыша не задела ни костей, ни сухожилий и, в придачу, прошла навылет. Я даже мог (преодолевая боль) действовать левой рукой, что и не преминул доказать дисциплинированному эскулапу.

– А теперь смотрите, – после перевязки и пары уколов обратился я к нему, достал пистолет (врач непроизвольно шарахнулся в сторону), переложил оружие в левую ладонь, поискал глазами по окрестностям и, обнаружив на одном из деревьев ворону, выстрелил навскидку.

На том месте, где сидела поганая тварь, веером разлетелись перья, а ошметки тушки свалились на землю.

– С-со ста м-метров. Н-не может быть! – ошалело пробормотал очкарик.

– Может, – заверил я. – А посему повторно свяжитесь с Вашим руководством и на основе увиденного измените первоначальный диагноз. А о госпитализации вовсе забудьте!

– Но как… как Вы узнали?! – вытаращился он.

– Мысли прочитал, – прищурился я. – Действуйте, док… и… спасибо за медпомощь…

Когда «Скорая» умчалась восвояси, я нашарил в кармане чудом уцелевший шприц-тюбик с промедолом, сделал себе укол, немного выждал и, позабыв о боли, забрался в микроавтобус. Там я достал из загашника запасной костюм, точно такой же, в каком приехал сюда рано утром. Наученные горьким опытом, мы теперь всегда брали их с собой на задания. Если, конечно, работали в «гражданке».