Корень зла

Словно уловив его мысль, Ершов поперхнулся руганью и в упор уставился на Дениса. В маленьких, заплывших глазках вспыхнула злоба.

– Подслушиваешь, – прошипел он, – сукин сын!

– Закрой хлебало, боров, – огрызнулся Волков, – иначе я научу тебя хорошим манерам!

Белобрысый угрожающе поднялся из-за стола.

– Не стоит, Володь, – сказал ему один из приятелей. – Люди кругом!

Ершов, похоже, и сам не особенно рвался в бой, поскольку тут же без возражений плюхнулся обратно и возобновил прерванную беседу.

На сей раз очень тихо.

«Встреча с сослуживцами прошла в теплой, дружественной обстановке, – мысленно усмехнулся Денис. – Ну и пес с ними!!!»

Глава 3

В воскресенье у Волкова по графику был выходной, однако вопреки надеждам ему пришлось выйти на работу. Слезно попросил Протасов.

– Выручай, дружище, – простонал он в телефонную трубку, – поясницу скрутило, мочи нет! Подмени на денек!!!

Денис, уже предвкушавший прогулку на пляж, раздраженно чертыхнулся, но все же согласился выручить приятеля.

Впрочем, день обещал быть не слишком хлопотным. Господа Габриэловы намечали на сегодня только одну поездку в театр (Оксана изо всех сил пыталась предстать перед окружающими светской дамой), а вечером ожидали в гости бедных родственников Чушкаревичей.

Вадим Вадимович, судя по всему, не был в восторге от затеи жены. Чем тащиться в театр, он куда охотнее выпил бы рюмку-другую с приятелями, попарился в баньке или, на худой конец, просто повалялся бы на диване.

Физиономия банкира выражала уныние и покорность судьбе.

– Надень менее вульгарный галстук! Не канителься!!! Прекрати сопеть!!! – беспрестанно пилила его супруга.

Наконец сборы завершились, и Габриэловы в сопровождении телохранителя вышли на улицу. В этот момент с чердака соседнего дома грянул выстрел. По счастливой случайности никого не задев, пуля ударилась в стену и, срикошетив, разбила стекло припаркованного напротив подъезда автомобиля. Дальнейшее запомнилось Волкову как в стоп-кадре: разинутый в беззвучном вопле рот Оксаны, белое от ужаса лицо банкира с вытаращенными глазами и его собственная рука, жмущая спусковой крючок пистолета, нацеленного в направлении злополучного чердака.

Затем нормальное течение времени восстановилось. Крик госпожи Габриэловой слился с грохотом выстрела и с истошными причитаниями каких-то проходивших мимо женщин. Расстреляв половину обоймы, Денис поспешно втолкнул Габриэловых обратно в подъезд.