Ухабы судьбы (сборник)

Во-первых, они были без сознания и не видели, кто в кого стрелял, во-вторых, у самих рыльце в пушку, в-третьих, эти дебилы, кажется, вообще ничего не соображают. Начнут бормотать про путь истины и тому подобное. Менты послушают, поморщатся, а потом или отправят их в психушку, или отпустят восвояси, что более вероятно. Дурдома сейчас переполнены. Оно и понятно. Хотя, честно говоря, можно их вообще закрыть! Значительная часть теперешних москвичей и в особенности некоторые политики мало чем отличаются от обитателей психушек, а если и отличаются, то в худшую сторону.

Размышляя подобным образом, я вернулся к Юрке. Он выглядел уже почти нормально, очевидно, действие газа закончилось.

– Что случилось? – слабым голосом спросил Голиков. – Ничего не помню!

Я по второму разу рассказал о ромадовских кознях и о засаде, устроенной бритоголовыми.

– Придушу паразита! – зарычал Юрка, сжимая кулаки.

– С этим успеется! – охладил я его пыл. – Сейчас других проблем достаточно! Дело-то по-прежнему на нуле, к тому же клиента украли!

– Н-да! – задумался Голиков.

 – Веселенькая ситуация! И что самое поганое – ума не приложу, как из нее выпутаться!

– Маральский обещал потрясти торговцев наркотой! – напомнил я. – Авось что наклюнется! Но об этом после. Сначала нужно выбраться отсюда.

Проблуждав минут сорок по колдобинам новостроек, мы наконец обнаружили некое подобие шоссе, не менее часа безуспешно голосовали изредка появлявшимся машинам и лишь с рассветом оказались у меня дома.

Приняв душ, я завел будильник на десять утра, улегся на диван и моментально провалился в глубокий сон.

Глава 5

На протяжении всего сна меня преследовали кошмары. Бритоголовые зомби с пустыми глазами пытались нацепить мне на голову какой-то странный прибор, напоминающий шлем, бубня при этом, что я должен стать таким же, как они. В отдалении кривлялось, приплясывало и хлопало себя по ляжкам отвратительное существо с рогами, хвостом и кривыми желтыми клыками. Потом на сцене появился Ромадов, который предпринял попытку отпилить ножовкой мою правую руку.

Затем началось нечто невообразимое: багровые всполохи пламени, длинные колонны марширующих мертвецов, безжизненный голос, монотонно повторяющий: «Путь истины… Путь истины!.. Путь истины…» – а над всем этим торжествующий дьявольский хохот…

Проснулся я, не дождавшись будильника, в половине восьмого с больной головой и отвратительным настроением. Рядом постанывал во сне Юрка.