Ухабы судьбы (сборник)

Волны необъяснимого, сверхъестественного ужаса захлестывали меня с головой.

Черный ехидно рассмеялся.

– Не нравится, да?! – прошипел он. – Ничего, сейчас станешь таким же, как они!

Черный указал пальцем на безучастных ко всему зомби, по-прежнему бившихся лбами об асфальт. «Ом… ом… ом… ом…» С трудом, будто тяжеленную гирю, я поднял правую руку и перекрестился.

Яростно взвизгнув, демон исчез. Все окружающее покачнулось, заколебалось и с грохотом рассыпалось в прах.

Я проснулся, тяжело дыша. За окном стояла глухая ночь.

Часы показывали половину третьего. Меня слегка познабливало, по лбу струился пот. «Мертвый город, где живут мертвые души. Вот куда тащат людей гуру и другие новоявленные пророки! В царство дьявола!»

Я невольно поежился. Спать совершенно расхотелось. В комнате было темно, душно и тоскливо. На кухне мерно капала вода из крана.

– Ты не спишь?!

От неожиданности я вздрогнул. В дверном проеме виднелся смутный силуэт Юркиной фигуры.

– Нет! А ты?!

– Тоже! Как закрою глаза, вижу Лену.

Голос Голикова заметно подрагивал.

– Слушай, Игорь, – продолжал он. – Я не смогу спать, не смогу есть, не смогу жить, пока мы не расквитаемся с этим мерзавцем гуру!

Внезапно в голове у меня появилась интересная идея.

– Поехали к Ромадову! Прямо сейчас! – предложил я. – Вытащим гада из постели, отвезем в лес… У тебя случайно не осталось немножко «сыворотки правды»?

– Нет! – горестно вздохнул Юрка.

– Ну ничего! Есть другие способы, не менее эффективные!

– А Куракин?!

– Да хрен с ним, никуда не денется!

Пока Голиков собирал некоторые необходимые для задуманной операции предметы, я растолкал коммерсанта и тщательно проинструктировал: к окнам не подходить, на телефонные звонки не реагировать, входную дверь не открывать ни под каким видом.

Если очень страшно – можно напиться: бар полон, но лучше принять снотворное. Не дай Бог спьяну на подвиги потянет!

Судорожно ухватившись за руку, Куракин жалобно умолял не бросать его одного, но я оставался непреклонен.

– В конечном счете это для вашего же блага! Или вы не хотите вернуть обратно свою дочь?! – привел я наконец решающий довод. Тогда он смирился, проглотил три таблетки радедорма, улегся на диван и спустя несколько минут громко захрапел.

– Порядок! – криво улыбнулся я. – Поехали!

Тщательно заперев дверь, мы вышли на улицу. Во дворе не было ни одной живой души. Промозглый ветерок воровато шебуршал оброненной кем-то газетой.