Тьма бывает и в полдень (сборник)

– Семен, поехали домой, – позвал он шофера-телохранителя, и в кабинет ввалился здоровенный бугай под два метра ростом, с мускулатурой Шварценеггера.

«Хорош! – с удовольствием оглядел его Севрюгин, – с таким как за каменной стеной!»

Надо сказать, что Николай Николаевич панически боялся физического насилия, боялся всегда, с самого детства. Он с ужасом вспоминал школьные годы, когда ему здорово перепадало от одноклассников за жадность и склонность к стукачеству. Мысль о побоях приводила его в содрогание. В студенческие годы он старался не ходить вечером по улице, не провожать девушек.

Один раз, правда, решился, но трусливо бежал, когда к ней пристал пьяный и, откровенно говоря, довольно плюгавый мужичонка. После этого Севрюгина дружно запрезирали все сокурсницы.

Лишь добившись «степеней известных» и начав разъезжать в персональной машине, Николай Николаевич малость подуспокоился. Но вот сейчас с Семеном под рукой – он чувствовал себя великолепно, в полной безопасности.

Семен был невероятно глуп и ради денег готов на все.

Поэтому он безропотно позволял Севрюгину обращаться с собой как с «шестеркой», что доставляло последнему особое удовольствие. Приятно помыкать такой громадиной! Убрав со стола деловые бумаги, заперев кабинет и вручив Семену свой «дипломат», Николай Николаевич важно прошествовал вниз по лестнице.

Горилла-телохранитель тяжело топал следом. Внизу, в вестибюле, стоял какой-то парень в спортивном костюме и кроссовках, среднего роста, худощавый.

– Ты Севрюгин?! – полувопросительно, полуутвердительно произнес он.

– Ты мне не тыкай, щенок! – барственно ответил Николай Николаевич. – Ну, что стал на дороге?

– Я муж Елены Смирновой, – глухо сказал парень, сжимая кулаки. – Той самой, которую ты, сволочь… – Андрей замолчал. Внутри его клокотала дикая ненависть, и он с трудом сдерживался, чтобы не свернуть шею этому подонку с наглой откормленной ряхой.

«Вот сучка, мужу нажаловалась, дрянь такая! – подумал Севрюгин, испугавшись было по привычке, но тут же сообразил, что рядом громила-телохранитель.

 – Ну сейчас мы ему покажем!»

– Семен, разберись, – процедил он сквозь зубы.

Бугай, поставив на ступеньки «дипломат», шагнул вперед, растопырив руки и радостно ухмыляясь. Он предвкушал, как сотрет в порошок на глазах у шефа этого мозгляка. Может, премия за это будет, а?! Удара Семен не увидел, но острая боль пронзила внутренности, и его огромная туша безвольно, как тряпичная кукла, шлепнулась на каменный пол.