Сны убийцы

 – И т-т-ты душу потерял… Гы-гы… – На тонких бескровных губах появилась кривая улыбка. – Составишь мне компанию! Вдвоем веселее… Ох, опять начинается!..

Из темноты появились и молча, беззвучно приблизились три призрака в белых ночных рубашках, заляпанных кровью. Молодая женщина с двумя маленькими детьми.

– Убирайтесь!!! – взвизгнул старик, но тут же успокоился, обреченно вздохнул и пояснил: – Я зарезал их в семьдесят седьмом как опасных свидетелей одного моего прибыльного дельца.

Милиция его не распутала, но есть другие «следователи», от которых не скроешься…

…Кровь невинных жертв не сворачивается.

– Почему же невинные вместе с тобой, дядь Миша? – удивился Аникин.

– Да это не они вовсе, – горестно усмехнулся Зубов. – Души тех в другом месте. Мы же видим нечто вроде кинопроекции, однако… ар-х-хх-х-е! – Изо рта Михаила Борисовича выползли несколько шипящих гадюк, опутали голову скользкими кольцами и принялись ожесточенно жалить лысый череп.

– У нас, как видишь, культурно-развлекательная программа на высшем уровне! – злорадно хрюкнул непонятно откуда появившийся мохнатый тип и помахал перед носом Петра Александровича раскаленным хлыстом. – Собственное кино имеется, гораздо эффектнее людского, и, заметь, для каждого персональное. Вон твое, кстати! – Урод ткнул в сторону когтистой лапой.

Аникин невольно обернулся в указанном направлении, захлебнулся истошным криком и… проснулся.

Он по-прежнему лежал на диване в комнате для отдыха. Мокрый от пота, трясущийся и полуживой от страха. Лишь через несколько томительных минут к хозяину фирмы «Эсмеральда» вернулась способность шевелиться и более-менее трезво мыслить.

Петр Александрович посмотрел на часы. Оказывается, он проспал чуть более двух часов. Принять очередную порцию таблеток да завалиться по новой? Ну нет!!! Малейшее воспоминание о только что пережитом кошмаре приводило в ужас, заставляло усиленно колотиться сердце, бросало в холодный пот.

«Да уж, «приятный» сон! – подумал Аникин. – Невероятно реалистичный, и, более того, это не просто сон». Бизнесмен содрогнулся. Затем вызвал звонком секретаршу и голосом тяжелобольного попросил:

– Черный кофе.