В руках богини

Наконец, впереди показались Медные ворота. Велев Мэл спрятаться, я, уже не таясь, вышла на площадь. Приосанившись, и попытавшись придать лицу как можно более развратное выражение, я зашагала прямиком к топтавшимся у ворот стражникам.

– Эй! – окликнул меня один из них, когда я подошла достаточно близко. – Ты что здесь забыла, сучка? Иди к себе, завтра я тебе засажу!

– О, я буду ждать этого! – произнесла я, стараясь говорить как можно более легкомысленно. – Подружки просили меня узнать, можно ли уже нам выйти на промысел?

– Иди, говорю! – вмешался дюжий бородатый десятник.

 – Сказано, до рассвета никому из домов не выходить!

– А этих, с факелами, всех поймали? – не отставала я, невинно хлопая глазами.

– Ловим.

– А эльфы с гномами уже не буянят? Утихомирились?

– Всех нелюдей из города выгнали, – отозвался десятник, разглаживая усы. – А тех, кто остался велено хватать и доставлять в замок, потому как лазутчики.

«Чё-ё-ё-ёрт! Вот тебе и взялась помочь!», – мелькнуло в моей голове, но я, как ни в чём не бывало, с неподдельным удивлением переспросила.

 – Какие лазутчики? У нас что, война?

Десятник, склонив голову набок, смерил меня подозрительным взглядом, помолчал, но всё же нехотя ответил.

– Война. Сегодня к князю Тибору прилетел голубь с письмом. Орки вторглись на земли дома Кригел. Завтра об этом объявят всем.

– Так, то орки, а то эльфы с гномами…

– А эти нелюди всегда заодно! – сплюнул десятник. – Чуть не уследишь – сразу нам жизнь портить начинают! За ними глаз, да глаз!

Я игриво попрощалась со стражником и вернулась к эльфийке.

– Что? – испуганно спросила Мэл, высунувшись из-за какой-то бочки.

– Плохо дело, – ответила я и пересказала ей услышанное.

– А что же теперь делать?

– Доверься мне! – ответила я. – Идём!

– Куда?

– К тому, кто сумеет нам помочь.

Дом мессира Лингена я нашла быстро. Окна были ярко освещены, а изнутри доносилось множество мужских голосов. Что за чертовщина? Я пробралась к задней двери и тихонько постучала.

Подождала, постучала ещё раз и ещё. Наконец, дверь медленно открылась, и на пороге Ральф. Он был легко одет – вампиру не пристало бояться зимнего холода – и держал в руке медный таз.

– Маржи? – произнёс он, прикрывая дверь, и я уловила в его голосе недовольство. – Чего это ты пришла так поздно, да ещё и с подругой? Или это твоя родственница?

– Нет! – замотала головой я. – Пусти нас в дом, я всё объясню.

– Заходите, – кивнул Ральф, подумав.