За Стеной

Помимо высоких чиновников и богатых торговцев, такие машины имели лишь гвардейцы, а если они приезжают к тебе домой вечером, то далеко не на чай. К тому же, пропажа Андрея, хаос и отметены от пуль в стене, очень быстро складывались в цепочку.

Снизу раздался скрип железной двери и Денис сильнее вжался в перила лестницы, убирая найденный дневник в внутренний карман куртки. За скрипом послышался топот множества ног, обутых в тяжёлые ботинки. Денис закрыл глаза, пытаясь всё своё бытие превратить в слух и одновременно с тем, молясь всем, кому только можно: старым богам, Христу и Верховному Капитану.

Если хоть кто-то из гвардейцев подумает заглянуть наверх, то Дениса ожидает быстрое путешествие в бетонные подземелья Башни.

Послышались медленные шаги по лестнице и Денис, не дожидаясь встречи с неизвестным, рванул к окну с ходу запрыгивая на подоконник и плечом распахивая окно. Оглянувшись назад, он заметил тёмный силуэт, взбежавший на площадку второго этажа. Не глядя, Денис выпрыгнул в окно.

Полёт с второго этажа смягчили кусты, растущие у дома, ранив руку. Не смотря на разорванную крепкими ветками, ладонь, он вскочил на ноги, стараясь убежать подальше. Человек в окне несколько раз выстрелил, но в ночной тьме смазал, лишь выбив фонтанчик земли из-под его ног. В следующий раз он выстрелить не успел, ведь Денис уже скрылся за поворотом другого дома. Денис бежал, как никогда. В груди бешено билось сердце, а адреналин заглушал боль в кровоточащей руке.

Страх обуздал сердце Дениса и тот, упав где-то посреди руин Города, чуть не выплюнул лёгкие, пытаясь отдышаться.

Что же ты сделал, Андрей? И на что я подписался? Приказов и голосов не было слышно уже несколько, но Денис всё лежал в пыли, пережидая мнимое преследование.

Выждав и отряхнувшись, он встал, осторожно пробираясь к собственному дому. Каждый раз, заходя за угол, он прислушивался и принюхивался словно собака, а потому часовой путь он преодолел за два и оказался дома уже за полночь. Закрыв двери и завесив окно, он поджёг керосиновую лампу и сел за стол, с трепетом открывая блокнот.

«Я хочу на свободу. Мне тесно в этом городе. Я хочу знать, что за Стеной!» – эта мысль постоянно транслировалась чуть ли не на каждой странице, иногда перемежаясь какими-то схемами и столбцами. Однако, чем дальше длился дневник, тем меньше самокопаний и грусти было на странице и тем больше какой-то структурированной информации, не значащей для Дениса абсолютно ничего.