Завтра будет другим

Почему замелькали свернутые плакаты, застучали по головам и спинам незваной шелупони. Он и сам рвался в эту бучу, наплевав на все запреты. Вместе с Ляликом и Енотом разгонял бы британских наймитов. Яростно лупил их, как Толян-Соколов, как Котяра-Мурнев.

Но его помощь не понадобилась, потому что на проспект уже вышли шеренги Национальных Чекистов. И они орудовали не плакатами, а дубинками.

Полилась кровь. Катались по земле побитые недобитки.

– Так им и надо! – не успел подумать Марк, потому что в кучке разгоняемых негодяев вдруг мелькнуло знакомое лицо.

Вот так-так! Сразу два дюжих чекиста наседали на Дину.

– Рапунцель! – крикнул Марк.

Раздумывать было некогда. Марк сорвался с места, вклинился в

бушующую кучу-малу, ухватил девушку за руку и потащил ее на тротуар, за угол и дальше вглубь переулка. Дина бешено вырывалась, вопила что-то несусветное. Потом вдруг разом умолкла. Видно, узнала похитителя.

– Граф Толстой! – почему-то радостно воскликнула она. – И ты с нами!

– Сейчас! – возмутился Марк.

 – Я что, чокнутый!

– А зачем же полез в драку?

– Некоторых знакомых выручать…

– Некоторые и сами за себя постоять могут! – обиделась Дина.

– Постоять?.. Нам не стоять, а бежать надо! Пока чекисты не достали!

Марк снова схватил Дину за руку. Но она больше не вырывалась, а молча позволила уводить ее дальше от проспекта, где все еще раздавались проклятия и угрозы.

Но уйти далеко им не пришлось. Метров через сто беглецы наткнулись на автобус Национальных Чекистов.

Их тут же за белы ручки и препроводили туда. А потом добавили к ним несколько десятков драчунов с обеих сторон.

– О! – удивились и обрадовались друзья-лицеисты. – Седой! Ты-то как сюда попал?

– Котяра! – обиделся Марк. – Сколько раз тебе, долдону, твердить, что я не Седой, а Блюм!

– Тогда и я не Котяра! – возмутился было Мурнев. Но тут Лялик-Локшин углядел на заднем сиденье сестру.

– Динка-зараза! – что есть мочи заорал он. – Ты опять!..

– Молчи, патриотик! – не осталась в долгу сестра.

 – За умного сойдешь!

Марку стало даже обидно за Лялика. Локшин был самым продвинутым в группе. Ему светила золотая медаль. Математик ставил ему пятерки даже за вопросы, которые Лялик задавал. И вот тебе…

Но пообижаться всласть ему не пришлось. Автобус остановился. Задержанных доставили в Суд Справедливости.

Суд был скорым и действительно справедливым. Участников Шествия Верности награждали сразу пятью баллами и отпускали по домам.