Дело малика

– Скажите, господин Лилльу, – обратился к нему мужчина с неожиданно мягкой интонацией в голосе, – неужели вы собираетесь вскоре нас покинуть?

Он прищурился, будто недовольный этим вопросом.

– Почему вы так думаете?

– Кажется, вы об этом хотели сказать сами, – просто и с некоторым вкусом ответил мужчина.

Лилльу не поверил ему, однако не увидел в этом вопросе ничего подозрительного.

–Есть вероятность… Мне пришла информация от моих друзей и брата, посетившего меня две недели назад на торговом суде, что криатон нашего полиса рассматривает мою кандидатуру на более высокий пост.

Если этот слух окажется правдой, то, боюсь…

– Наверное, это повышение связано с нашими договорённостями? – мягко улыбнулся мужчина.

Лилльу не нашёл, что ответить. Лишь неловко улыбнулся, чувствуя, что он будто пойман на месте преступления, хотя преступления в его достижениях, безусловно, не было.

– Что же, тогда я буду надеяться, что ваша роль в укреплении дружбы между нашими полисами будет оценена по достоинству гражданами Дарии. До вечера, господин Лилльу!

– До встречи, господин Амельраб! – поклонился посол, несколько выдохнув, и направился на второй этаж.

Амельраб, нежно поглаживая свои густые усы, несколько секунд наблюдал, как представитель иностранного полиса направляется в свои покои.

Наконец, потеряв его из виду, он отвернулся и отворил дверь, за которой находились его личные помещения.

***

О помещениях во множественном числе было сказано неспроста – Амельраб занимал сразу несколько связанных друг с другом комнат. При прошлом правлении Белых Фив здесь располагалась целая финансовая коллегия; теперь их занял всего лишь один человек, занимавший скромный пост советника базилевса – малика, хотя он, однако, ни на секунду не скрывал своей настоящей роли в управлении полисом.

Амельраб использовал свои личные покои для более… неформального обсуждения вопросов государственной важности.