Круг ведьмаков: Эра Соломона

Медперсонал, проверив документы, без возражений отпустил его с этим человеком и отдал его выписку.

– Ведьм и колдунов не бывает, это всё выдумки, – продолжая глядеть в окно самолёта, пробурчал Павел, стараясь подавить слезливую обиду в голосе.

Сидящие впереди люди вдруг притихли, отчего Павел устыдиться своего тона.

– Не волнуйся, они нас не слышат, – словно прочитав его мысли, спокойным тоном молвил Денис Александрович. – Должен тебя предупредить, что в мире магов не принято без причины называть кого-то ведьмами и колдунами.

– Почему? – спросил Павел, повернувшись к собеседнику.

– Так чаще всего называют чернокнижников, которых в обществе не любят.

– А кого у вас принято называть чернокнижниками?

– Чародеев, практикующих тёмную магию.

– А причём тут книги?

– Книги, в которых заключены знания о чарах и заклинаниях называются гримуарами, их можно свободно купить и изучать. Но есть тёмные гримуары, что запрещены к продаже, а так же и к изучению.

– Почему они запрещены, что в них плохого?

– Для обычного чародея эти тёмные книги сулят огромную силу, но плата за эти знания будет непомерна. И это злая сила. По этой причине их запретили.

– Я тоже тёмный маг? – со слабым возмущением спросил Павел. – К этому вы вели вчера, когда говорили про детский дом?

– Нет, не к этому. К тёмной магии люди обращаются добровольно, когда хотят кому-то сильно навредить. Твой случай иного рода.

– Ведьмак, – Павлу захотелось плакать. – Вы мне ничего не объяснили. Вы… зачем вы меня забрали оттуда? И зачем везёте куда-то?

– Тебе страшно, я это понимаю, правда, понимаю. То, что на тебя свалилось, такое и взрослому пережить трудно. Я понимаю, что тебе хочется, чтобы твой дедушка был жив, а всё произошедшее, оказалось всего лишь кошмарным сном.

– Да, – дрожащим голосом скупо выдавил из себя Павел.

– Мне бы тоже этого хотелось.

– Вы же волшебник – исправьте это, – Павел заплакал. Ему действительно больше всего на свете хочется, чтобы всё это оказалось всего лишь сном.

Мужчина сочувствующе посмотрел на его слёзы, словно он страдает вместе с ним. Спустя какое-то время Павлу стало легче, и слезы перестали капать из его глаз.

– К сожалению, я не знаю никого, кто способен исправить это, – спокойным голосом признался Денис Александрович.