Море и небо лейтенанта русского флота

Император посетил Лазаревские казармы, в которых еще с конца XIX века располагался Учебный отряд, с целью подготовки специалистов флотских специальностей для кораблей и частей Черноморского флота. Учебный отряд готовился к визиту государя заблаговременно. Император Николай II и сопровождавшие его лица прибыли в Лазаревские казармы, где ознакомились с подготовкой специалистов в Учебном отряде, после чего, поблагодарив господ офицеров и нижних чинов, государь отбыл на свою яхту «Штандарт», стоявшую напротив Лазаревских казарм в Южной бухте.

Во время своего визита император провел смотр кораблей Черноморского флота.

Эскадренный миноносец «Лейтенант Зацаренный» вместе с кораблями дивизиона стоял пришвартованный кормой у Минной стенки. Корабль готовился к императорскому смотру. Вахтенный офицер эсминца мичман Ярыгин, контролируя готовность к смотру, шел по верхней палубе от носа в корму в сопровождении старшего боцманмата, проверяя качество приборки.

Бронза сияла, надраенная матросскими руками, краска была помыта, брезент обтянут, все концы подобраны, у трапа на корме Ярыгин обратил внимание на новенький мат.

«Здесь все нормально», – подумал мичман и с верхней палубы спустился в низы. Его встретил рапортом машинный кондуктор, и начался осмотр внутренних помещений. Носовое котельное отделение, кормовое котельное отделение, машинное отделение. По трапам вниз – вверх, вниз – вверх. Сгибаясь под нависающими паропроводами, огибая маневровые клапана и штоки приводов вентиляции, мичман Ярыгин внимательно проверял чистоту и порядок, наведенный подчиненными корабельного механика.

Мичман Ярыгин не был педантом и с белым носовым платком не лез под пайолы, но он знал совершенно точно, что десятки матросских глаз смотрят на него, и если сейчас он ослабит контроль, то в следующий раз что-то может оказаться несделанным. Такова неумолимая, железная логика флотской службы – контроль ежедневный, ежечасный, без придирок и оскорблений, но строгий и нелукавый.

Замечаний накопилось достаточно. Мичман дал время на их устранение и поднялся наверх доложить командиру о готовности корабля к смотру.

Нахождение эсминца в вооруженном резерве означало несение службы уменьшенным составом не только офицеров, но и матросов. В современном понимании корабль выводился из первой линии и не выходил в море.