Такая разная правда

Плыла в лодке странного счастья, сомневаясь в реальности происходящего. Но Олег был реален. Вот он. Его можно потрогать. И я трогала. Неважно, что будет завтра, и будет ли. Будущего нет, жизнь – это то, что происходит сейчас. Мои пальцы гладили крепкую шею и мускулистые, будто стальные, плечи. Моя грудь плющилась, живот плакал, голова кружилась, словно тоже танцевала, только внутри. Чужие руки вели в чарующем гипнотическом ритме, сдавливали, теребили, мяли…

Затем Олег ладонями поднял мое лицо к своим глазам и колюче поцеловал в губы.

Я не могла не ответить.

Олег подхватил меня под бедра и на руках понес назад, к одному из столов для бильярда.

– Хозяева клуба – твои знакомые? – спросила я, просто чтобы что-то спросить. Чтобы поговорить. Чтобы разрушить вновь навалившуюся тишину, которая так счастливо исчезла, когда мы танцевали и, особенно, когда целовались.

Посаженная на угол стола, я сидела перед Олегом как кукла на бампере свадебного лимузина. Он стоял напротив – глаза в глаза.

– Они должны были мне услугу. Не будем об этом.

Его пальцы расстегивали пуговички моей кофты.

Пусть все идет как идет. Пусть Олег делает то, что считает нужным. Лишь бы не требовал от меня подтверждений. Я не осилю подобной тяжести – произнести согласие вслух.

Последними сдались мои любимые джинсы, которые надевала по особым случаям. Сегодня был именно такой. Свесившимся с бортика ногам стало прохладно. Руки я неимоверным усилием воли держала по бокам – желание прикрыться было безумным, но мне хотелось, чтобы Олег видел мою красоту.

Красота преходяща, с каждым годом это понимаешь все отчетливее.

Как ни странно, границ приличий Олег не перешел. Я осталась в белье – в тщательно подобранных моменту трусиках и лифчике. К моему бессильному, до дрожи, отчаянию, на них он почему-то не покушался. Тянет время? Что же, это очко в его пользу. В длительном забеге спринтеры проигрывают, мне же хотелось марафона, а не стометровки.

Всегда ненавидела пунктир. Удовольствие можно получить только от полноты картины, и встретить понимающую душу было приятно. Но как же трудно сохранять спокойствие, когда впереди сладостная неизвестность, а перед самым краем трамплина тебя останавливают!

Олег прошептал на ухо:

– Не представляешь, как смотрится обнаженное тело на фоне бильярдного сукна.

Я ему верила. Сама не видела – глаза были закрыты. Но я догадывалась.