Спираль эпох. Книга первая. Тяжёлое пробуждение

Некоторые общинники всю жизнь не могли вернуть этот долг, иные на исходе лет своих даже детям завещали продолжать это дело, хоть такое и не приветствовалось – создавало лишние неудобства в структуре подчинения и могло в конечном итоге привести к восстановлению рабства. А рабство они ненавидели пуще всего остального. Час Дрожи избавил их от необходимости бороться за свою свободу, но Община никогда не забывала. Хельга ценила традиции своей родины, но здесь вроде как другие земли, этот червяк явно не стоил таких почестей, да к тому же загнал её в такую переделку, что хватит на два жизненных долга.

И очень сильно её раздражал.

Туннель закончился, и парочка приступила к осмотру стен. Чем дальше они продвигались по периметру пещеры, тем сильнее в глазах Хельги вся ситуация теряла связь с реальностью. Юг, конечно, всегда представлялся ей странным местом, но не настолько же! Помимо парочки сталагнатов[8 - Сросшиеся сталактит и сталагмит], воняющего сильнее обычного трупа выверни да трухлявых досок под ним, пещера более ничем примечательным не выделялась.

Хельга даже сдвинула мерзкую тушу и поразбирала доски – вдруг каким-то чудом проход затерялся в полу. Но ничего, кроме прохладного камня там не обнаружила.

– И как тогда эта тварь сюда попала?

– Да кто ж её знает? Может, местные зверушку себе завели в подвале? – подал голос заморыш. Понятно, почему он не пытался бежать – банально некуда.

– Вот и спросим у них поутру. А пока сиди, помалкивай и думай о жизни.

Можешь на небо посмотреть в последний раз. Говорят, у вас в темницах его не очень видно.

– Ага, как же! Начнём с того, что в темнице я просижу не дольше дня. Твой родственничек мигом меня оттуда выкупит. Не ахти какие денежки, а урок дороже преподать. А закончим…

– Какой родственничек?

– Красавчик Рагнар, какой ещё? Ты не к нему в гости приехала разве?

На несколько ударов сердца Хельга впала в откровенный ступор: какой ещё Рагнар, откуда здесь мог взяться какой-то её родич? Лишь чуть погодя женщина поняла, что задохлик говорит о каком-то другом жителе северных народов, по необъяснимой причине обосновавшемся в этих пропахших одновременно всеми мерзкими запахами краях.

Возмущение закипело в ней, но тут же угомонилось.

– Ты… кретин, – женщина вздохнула и принялась искать удобное место для того, чтобы переждать ночь. Подальше от вонючей туши.

– Спасибо, мне говорили! – кажется, гадёныш осклабился.