Спираль эпох. Книга первая. Тяжёлое пробуждение

Так что следовало сохранить напряжение до поры и дать злобе вступить в свои законные права в тот момент, когда в поле зрения покажется замок.

Дел предстояло переделать уйму. Редки были дни, про которые принц не мог сказать того же самого, но в этот раз ситуация была особенной. Кто-то объявил ему войну. Причём не ту, к которой Эван привык. Здесь пока что не шла речь про маневры пехоты или схемы пополнения провизии – поле боя выбрали за него, причём настолько неудобное, насколько это было в принципе возможно.

– Меня беспокоит выражение твоего лица, Эван, – как всегда, Нил вмешивался в его мыслительный процесс без спросу и «лишних расшаркиваний».

– У меня, забери всех тёмные боги, украли невесту!

– Ты понимаешь, о чём я. Мне кажется, если ты будешь так буравить глазами горизонт, город поймёт, что безопаснее будет начать двигаться тебе навстречу.

Эван нашёл в себе силы усмехнуться, но всё равно продолжал диалог без особого энтузиазма:

– Это война, Нил. И я не знаю, кто противник, где противник, и что противник затевает.

Хорошо было бы понять всё это, пока не нанесли следующий удар.

– В замке они вряд ли решатся на новый удар. А мы пока всё разузнаем. Возможно, они просто идиоты. Или тот, кто их нанял.

– Вопрос, идиоты ли они, не стоит. Но они украли её в дне пути от замка, Нил. Если они готовы так рисковать, то кто поручится, что стены замка их остановят? Или что они уже не там?

– Аккуратнее, Эван. Главное – не начинай искать тени там, где их нет, – в голосе Нила звучала привычная тревога.

Порой при общении с другом у Эвана создавалось впечатление, что он постоянно находится на грани безумия или по крайней мере самодурства – так часто принц слышал эти самые нотки тревоги. Возможно, если бы не Нил, эту грань принц давно бы перешагнул.

– Твои опасения приняты к сведению.

Нил вздохнул и сменил тему:

– За всю дорогу ты ни разу не поговорил с невестой. Не хочешь исправить этот досадный факт?

– Нет, – Эван нарочно держал лицо непроницаемым, зная, как ответ позлит друга.

В первый раз с тех пор, как они выехали из лагеря, настроение его улучшилось.

– Эван, твою же…

– Наговоримся ещё за всю жизнь, если она рассудком не тронулась.

Нил закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и снова обратился к принцу:

– Слушай, ей ещё детей твоих носить. Она же явно в ужасе. Будь ты хоть раз галантным принцем, а не лошадиной задницой.