Тёмные времена. Наследники Александра Невского

 – Может, они в церковь не ходят или чем ещё непотребным занимаются? Или на поле брани выходят не с мечами, а с телегами торговыми?

– Я тебе отвечать не буду, ты ниже меня. Отец, прости меня, но позволь мне удалиться. Я в твои дела любовные не лезу, но и смотреть на это не могу без слёз.

Святослав Ярославович Псковский встал из-за стола и покинул комнату. Когда трапеза закончилась и все разошлись, Ярослав остался наедине со своей супругой.

– Вот такого крутого нрава у меня сын и племянничек! Ничего не поделаешь! Один – сын Александра Невского.

Его на Руси чуть ли не великим князем видят. Другой – мой сын. Каждый ребёнок, который родится у нас с тобой, на его наследство права имеет. Ты ещё моего брата не видела, Василия Костромского. Тот и вовсе даже дань привезти отправился не сам, а людей своих послал. Он конфликта не хочет, но и, поцеловав руку тебе, унизить себя боится.

– И как, князь, землю объединить можно, если и в княжеских палатах такое творится? Вы же готовы друг на друга броситься с мечами обнажёнными.

Ведь не я же всему причина?

– Не ты, Ксения. Ты – лишь предлог, на самом деле причина в порядке наследования, который давно изжил себя. Но на Руси этого не поймут. По всему миру сын наследует отцу и делится с младшими братьями, а у нас брат наследует брату. Кто знает, когда Дмитрий великим князем станет? А силы у него достаточно. И Переславль его, и владимирская рать ещё не известно, за кого встанет, тут он прав. А я лишь на Тверь положиться могу да на брата Василия Костромского, который против Дмитрия, если что, меня поддержит.

Святослав, думаю, тебя примет рано или поздно, но почёта от него не жди. Он на год тебя старше.

– Не нужно мне их признание, князь. Я для них всё равно худородная, ею и останусь. Ты лучше позволь мне дань пересчитать и принять у них. И сам руки не запачкаешь, и обмануть себя не позволишь. Если они хотят во мне купчиху видеть, то пусть увидят! Я всё пересчитаю.

Проблема подсчёта дани всегда стояла перед Ярославом.

Великий князь никогда к этому не прикасался, и из-за этого почти всегда кто-то сколько-то недодавал. Эту разницу обычно выплачивал великий князь, потому что татары дань пересчитывали и требовали все до последней куны.

– А ты справишься, Ксюша? Не раздерут тебя мои родственнички?

– Не раздерут. Я новгородка, а мы к князьям своё отношение испокон веков имеем. Кланяться я им не стану. Все до последней куны высчитаю.